Мой любовник

В одном углу он был черным, в другом — кроваво-красным металликом, и учитывая, что источник света постоянно мерцал, оба цвета сливались вокруг вас.

Не трудно было догадаться о причине такого декора. Гардероб Омеги, ограниченный белоснежными одеяниями, был главным средоточием внимания, единственным выделяющимся пятном. Остальное было лишь показуха.

Только так он и выделялся в своем мире.

— И она стала бы твоей парой, сын мой? — спросил Омега, пересекая комнату.

— Нет, — солгал Лэш. — Всего лишь источником крови.

Не следует давать Омеге информации больше, чем нужно. Лэшу было прекрасно известно, насколько его отец мог быть непостоянен, поэтому оставить его без подробностей было немаловажно.

— Разве я не достаточно даю тебе силы?

— Это моя вампирская сущность, ничего не поделаешь.

Омега повернулся, оказавшись лицом к лицу с Лэшем. После паузы, он прошептал искаженным голосом:

— В самом деле. Я нахожу это правдоподобным.

— Я приведу ее к тебе, — сказал Лэш, отлепляясь от стены.

— И я не могу обеспечить тебя этим?

— Ты и обеспечишь. Завербовав ее, чтобы у меня был необходимый источник крови, подпитывающий мои силы.

— Итак, ты утверждаешь, что слабеешь?

Черт возьми, как будто и так было не видно. Омега мог ощущать это, и, конечно же это было для него очевидно уже в течение какого-то времени.

Когда Лэш не произнес ни слова, Омега подошел к нему вплотную, глядя глаза в глаза.

— Я никогда не вербовал женщин.

— Она не будет входить в Общество Лессенинг. Она будет принадлежать только мне.

— Только тебе.

— Нет причин использовать ее для борьбы.

— И эта женщина. Ты уже выбрал ее.

— Да. — Лэш рассмеялся, подумав о Хекс и том ущербе, на который она способна. — Уверен, она тебе понравится.

— Ты слишком уверен.

— У меня прекрасный вкус.

Красные огоньки пламени на фитилях затрепетали, словно налетел ветерок.

Внезапно капюшон Омеги откинулся, открывая темное, прозрачное лицо, угольно-черного цвета как плоть и кровь Лэша.

— Возвращайся туда, откуда пришел, — произнес Омега, подняв свою темную, клубящуюся руку. Проведя ею по щеке Лэша, зло отвернулось. — Возвращайся, откуда пришел.

— Увидимся с наступлением темноты, — сказал Лэш. — В доме.

— С наступлением. Темноты.

— Хочешь, чтобы это произошло позже? Как насчет, скажем, в час? Тогда и увидимся.

— Конечно же, ты увидишь меня.

— Спасибо, Отец.