Мой любовник

Иначе он смог бы намотать их на кулак и дернуть.

Стоя под падающими брызгами, она взяла в ладони кусок душистого мыла, и намылила им все свое тело. Повернувшись, чтобы ополоснуться, Пэйн обнаружила, что уже не одна.

Ну, по крайней мере, хромающая фигура в темном одеянии, не была ее матерью.

— Приветствую, — поздоровалась Пэйн.

Но’Уан поклонилась, но не ответила, и в этот момент Пэйн пожалела, что разбросала свою одежду по полу.

— Я сама уберу, — сказала она, и ее голос эхом разнесся по помещению.

Но’Уан только покачала головой и подняла одежду.

Девушка была так прекрасна и молчалива, выполняя свои обязанности без жалоб и нареканий, даже притом, что имела некий изъян.

Хотя она никогда не разговаривала, было не трудно догадаться, что за ее плечами скрывалась печальная история.

«Еще одна причина презирать ту, что являлась прародительницей расы», подумала Пэйн.

Избранные, как и Братство Черного Кинжала, были рождены в рамках строгих параметров с определенными желаемыми характеристиками. Принимая во внимание, что мужчины должны быть чистокровными и обладателями крепких спин, агрессивными и достойными в сражении, женщины были рассчитаны как интеллектуальные и гибкие создания, способные обуздать стремления самцов, и помогая расе оставаться цивилизованной.

Инь и янь. Две части одного целого, с потребностью в кормлении кровью, обеспечивающей вечную взаимосвязь полов."

"Но не все было так гладко в пределах божественной схемы. Правда заключалась в том, что близкородственное скрещивание привело к проблемам, и хотя в случае с Рофом законы предусматривали восхождение сына короля на трон с изъяном или без него, Избранным не так повезло.

Дефекты исключались законами размножения. Всегда. Поэтому, такие как Но’Уан, которые имели изъян, были низведены к служению своим сестрам под покровом… скрытые, молчаливые, но, тем не менее, к которым относились с «любовью».

Или это больше походило на сочувствие.

Пэйн знала, что именно должна была чувствовать женщина. Не о физическом дефекте она беспокоилась, а о понижении в кайме возложенных ожиданий, которым не суждено было свершиться.

И говоря об ожиданиях…

В купальню вошла Лейла, другая Избранная, и, сняв одежду с нежной улыбкой, которая была ее отличительным знаком, передала ее Но’Уан.

Это выражение исчезло, когда она опустила взгляд и вошла в воду. Женщина, казалась, витала в своих мыслях, которые были не из приятных.

— Приветствую тебя, сестра, — произнесла Пэйн.

Голова Лейлы быстро поднялась, а лоб разгладился.