Мой любимый Зверь, или Одержимость без границ

Только не ОН!

Как Матвей здесь вообще очутился?

Хотя подъезд новый, жильцов в лица сегодня впервые видела, но ведь парень здесь точно не живет, уж я-то знала наверняка. К другу пришел, точно, и угораздило же нам с ним встретиться.

В самый неподходящий момент, черт бы его побрал.

- Звереныш, ты чего замер? – темноволосый мужчина, хотя может и парень (из-за черной густой щетины и не определишь возраст) обратился к Матвею, пока тот прирос к верхней ступеньке.

Смотрел пристально мне в глаза, а я отвечала тем же.

"- Здрасьте, - кивнула, когда темненький поравнялся со мной.

- Привет, - улыбнулся, показывая ряд белоснежных зубов. – Какая у нас симпатичная уборщица!

Перевела взгляд на изумленного Матвея, а внутри живота заныло. И так два дня мучилась, пока жгло там все, а теперь вот с новой силой зудящая боль напомнила о себе.

“Не нравится, дорогой?” – кричал мой взгляд.

Матвей резко выдохнул и начал спускаться по ступенькам.

- Черт! – вырвалось, когда внизу услышала звук закрывающейся двери. – Какого ж хрена ты тут нарисовался так некстати!

Было обидно. И безумно стыдно. Я так не хотела, чтобы он знал – эта мысль настойчиво билась в голове все эти дни. Я и утром сбежала, чтобы не встречаться с Матвеем взглядами. Не могла рассказать всю правду о себе - почему-то было действительно стыдно.

Он – симпатичный, уверенный в себе, деньги зарабатывает и не бросает в беде таких нищенок, как я.

Почему-то в тяжелые моменты мне всегда вспоминался фильм “Красотка”. Джулия Робертс со своей подругой сидят в кафе, когда уже голливудская красавица по уши втрескалась в очаровательного миллиардера.

- Кому из наших повезло? – спрашивает у подруги.

- Золушка! – выдает та спустя небольшую паузу.

Да уж, ей точно повезло, в отличие от меня.

Только наша жизнь уж совсем не похожа на сказку. А мне далеко до принцессы, как бы я не мечтала.

- Забудь о нем, - снова взяла тряпку и принялась драить ступеньки . – Просто забудь.

Я не жалела о том, что переспала с Матвеем. Честно призналась, уж лучше он, чем какой-нибудь дружок-дегенерат моего отчима.

“Только он!” – мысленно простонала, поправляя себя.

Лучше него нет никого.