Мой любимый Метаморф

«Прочь! Прочь с меня!!!» — мысленно орал я ментальному плену, устроенному мне продажным цвиннским генералом, и пытался просто стянуть с себя и его щупальца тоже. Я чувствовал, как вздуваются вены на моей шее и лопаются капилляры в глазах. Дыхание перехватило, потому что я не хотел останавливаться и просто пёр против ментального рабства, как умирающий, отчаянно желающий выжить…

А это и есть прелюдия моей кончины: если Мара пострадает, я не переживу. Я лучше сам убьюсь, чем позволю ей погибнуть…

А потом миг — и ментальные оковы исчезли! Я с трудом сделал вдох, и легкие мои со свистом вобрали в себя воздух.

Несмотря на жуткое послестрессовое состояние, краем глаза заметил, что Шин Орейн побледнел и пошатнулся. Похоже, его накрыло отдачей. Вот бы накрыто так, чтобы отбило охоту жить вообще!!!

Пошатываясь, я поднял себя с колен (оказывается, в пылу борьбы бухнулся на камни) и устремил взгляд на воды озера.

Мара отчаянно летела вперед, но до спасительного (наверное!) зёва следующего прохода оставалось еще приличное расстояние.

Щупалец теперь было два, а вода бурлила так, словно собиралась вот-вот выплюнуть из своих недр еще и гигантскую одутловатую голову морского чудовища.

Меня накрыло паникой и бессилием. У меня нет крыльев, и я не могу полететь чудищу наперерез. У меня нет оружия (некоторых из нас не снабдили даже бластерами, начальники недоделанные!). Остальные стоят, как вкопанные, и не собираются ничего предпринимать!!!

Отвлечь!!! Я должен отвлечь это существо на себя!!!

— Эй!!! — заорал я во все горло.

 — Сюда иди!!! Я тут!!!

Кто-то толкнул меня в бок."

"— Заткнись, придурок!!! Ты хочешь нас всех подставить??? Твоя девка с другой планеты и посильнее некоторых мужиков будет…

Я оттолкнул назойливого трусливого иширца, который, однако, выразил общее желание толпы.

Мерзкие тру́сы!

Естественно, я не стал его слушать и закричал еще громче, но вдруг чья-то рука крепко сжала мое предплечье, а незнакомый мужской голос зашептал почти в самое ухо:

— Это иллюзия!!! Ментальная иллюзия! Она питается страхом.

Чем больше страха и эмоций, тем более осязаемую форму она может принять! Тебе не стоит сейчас фонить ненавистью. Успокойся…

Я развернулся и уперся взглядом в непримечательное лицо и простые, по-иширски блеклые глаза. Но в глубине этих глаз сквозила… сила. По моей спине непроизвольно пробежался холодок. Нет, не страха. Трепета, что ли. Это существо передо мной точно не было человеком.