Мой кровный враг

Просто думать, как хорошо, что он приехал, и больше ни о чем. Пока эта дорога не закончится. Хорошо бы она не заканчивалась подольше.

Глава 25

Ричард

– Спасибо, что приехал. Ты появился очень вовремя, – прошептала Роза после долгого молчания.

– Вообще-то я ехал не за тобой, – хмыкнул Ричард, – а оторвать голову Акилю. Я ему строго-настрого велел не пускать тебя в бой.

Она вскинула голову, едва не заехав ему в челюсть.

– Я не хочу быть бесполезной!

И ведь не скажешь ей, что у него внутри все обрывается при одной мысли, что чумные могли оказаться сильнее.

Возможно, если бы они сражались бок о бок с самого начала, он не боялся бы так. Но для него Роза по-прежнему оставалась девчонкой, которая отлично умела находить неприятности. Взять хотя бы ту идею прокатиться на необъезженном жеребце, которого привез с ярмарки ее отец – Беорн Эйдо любил таких, необузданных, любил подчинять дикое животное своей воле.

Ричард тогда не гостил у них, а то бы вмешался, остановил. Розе повезло – улетела не под копыта, а назад, и даже не слишком ушиблась.

Родители заперли ее в комнате на две недели – собственно, потому Ричард и узнал об этой истории. Говорят, даже Николас, который души не чаял в господских детях, за ту выходку отходил юную госпожу крапивой. Хотя это не сделало Розу ни послушней, ни благоразумней.

– Бросать алхимика в бой – все равно, что забивать гвозди золотым кубком, – нашелся он. – Освальд сказал, в какую деревню вы поехали, и я рванул по следам, а потом стало ясно, что вы идете в замок.

Зная тебя, я понял, что скрывать свое имя ты не станешь, а зная Рэндольфа… – Ричард чуть сильнее прижал ее к себе. – Словом, пришлось поторопиться.

А ведь Рэндольф раньше был очень спокойным, очень выдержанным, пытался рассмотреть ситуацию с другой стороны. Его нередко звали секундантом, надеясь, что он сумеет примирить стороны, найти нужные слова, и частенько ему это удавалось. После гибели семьи Рэндольф стал желчным и мстительным. Впрочем, разве сам Ричард не изменился, разучившись доверять кому бы то ни было кроме тех немногих, что стали его друзьями и соратниками? Это спасало его много раз – и на холме неподалеку от поля битвы, и потом, когда пришлось окунуться в политику.

Роза попыталась обернуться, чтобы заглянуть ему в лицо, но Ричард вовсе не собирался выпускать ее из объятий – даром что на обоих была кольчуга. Хотя оно и к лучшему – вряд ли он остался бы невозмутимым, окажись между ними лишь пара слоев ткани.