Мой кровный враг

Чтобы она забыла обо всем в его объятьях, как это было только что.

Но ведь вспомнит. Уже вспомнила. Потому и едва не плачет сейчас. Потому и хочет уехать."

"Наверное, так будет правильно… Ричард ругнулся, поняв, что мысли ходят по кругу. Да и как тут думать, когда Роза все еще прижимается к нему, спрятав лицо на груди. Можно ли вообще о чем-то думать рядом с ней, кроме как о запахе ее волос, тепле тела, той страсти, с которой она ответила на поцелуй? Кроме как о том, что пару минут назад его просто трясло от желания?

Нет уж, Алан подвинется.

Он все равно не в состоянии оценить, какое сокровище попало ему в руки. Роза не из тех, с кем можно просто приятно провести время, а через пару месяцев сменить на другую.

Вот только… Слишком многое между ними стоит. Пусть Беорн Эйдо сто раз заслужил смерть, он все равно останется ее отцом. И Роза будет помнить, кто его убил.

Ричард мрачно усмехнулся про себя: размечтался, дурень. Может, еще понадеешься, что она тебя полюбит по-настоящему? И все же, пока она сидит, притихшая, в его объятьях, можно и помечтать…

Он не может, просто не в силах ее отпустить.

– Если ты готова задержаться, чтобы снарядить отряд, значит, неделя-другая ничего не решит, – сказал Ричард. – На дорогах неспокойно, и мне трудно будет выделить людей, чтобы дать тебе достойную охрану.

– Я и сама могу за себя постоять! – Роза вскинулась и тут же сникла: – Хотя ты прав, прости. Только сегодня…

Он прижал ее чуть крепче, не удержавшись, легко коснулся губами волос, надеясь, что не заметит.

– Ты держалась очень достойно. Но всегда найдется тот, кто сильнее. Поэтому мне было бы спокойнее, если бы я сам тебя сопровождал. Через месяц Совет уделов.

Услышав это, Роза вздрогнула. Странно. Но подумать, с чего бы, Ричард не успел – она прижалась так, словно хотела слиться, срастись, и у него на миг вылетели из головы все мысли.

– Через несколько дней мы идем на гномьи тропы, – продолжил он, когда смог снова сосредоточиться, – если в самом деле собираешься помочь со снаряжением, это время ты будешь занята.

Потом еще неделю-две мы пробудем в походе – и, понятно, что в это время каждый солдат окажется на счету. И каждый хранитель. Потому до тех пор я в самом деле не смогу тебя отпустить… даже если бы хотел.

– А ты не хочешь? – спросила Роза, по-прежнему не глядя на него – но и не отстраняясь.

– Не хочу, – признался Ричард. – Но еще меньше я хочу, чтобы тебе было плохо.

Она неопределенно хмыкнула.