Мой кровный враг

– Боярышник ей бы больше подошел, – хмыкнул Ричард. – Нет, осот. Колючий как зараза, и не избавишься.

А и правда похоже. Хоть выпалывай, хоть жги – все равно прорастет. Еще и зацветет, назло всему миру.

– Не-е, – мечтательно протянул Алан. – Роза. Красивущая. А колется, только если хватать неосторожно. – Он приподнял бровь. – Так что тут такое было? Уж не пристаешь ли ты к моей девушке?

– Твоей девушке? – ухмыльнулся Ричард, выделив голосом первое слово. – А она об этом знает?

– Узнает, – отмахнулся Алан.

Ричард стиснул зубы – самоуверенность друга, обычно забавлявшая, сейчас почему-то изрядно раздражала.

Хотя судя по тому, что Ричард успел увидеть, у друга есть причины для самоуверенности. Сам-то он что вообще знает про Розу, кроме того, что она по-прежнему не в меру упряма и все так же готова взорваться по малейшему поводу? Потому он не стал спорить, ограничился только ехидной ухмылкой – дескать, попробуй, если давно по морде не получал.

– Но все же, – продолжал Алан, – я бы не хотел, чтобы она между нами встала. Девчонок много, друзей – нет.

– А если и так? – не удержался Ричард, – молча отступишься?

Алан медленно покачал головой.

– Ну тогда и не мели языком. – Ричард вздохнул. – И не бери в голову. Что было, то быльем поросло. А сейчас… – Он махнул рукой. – Сам все видел в особняке Эйдо… Да и Эмма.

Эмма…

Король, может, и был воплощением всяческих достоинств, но ум точно не входил в их число. Иначе почему он не только решил сам возглавить сражение с чумными, но и позволил единственной дочери себя сопровождать, сколько ни отговаривали его советники? Потому что послушал человека, который после его гибели стал регентом? Того, кто командовал его войсками и продумывал военные кампании еще со времен войны с Ландернау. Военный советник уверял, что едва ли за прорывом стоит Орда, а Хранители просто хотят набить себе цену – ведь орды не видели уже полвека, а с редкими прорывами прекрасно справлялись и обычные люди…

Не только Мортейны погибли потому, что слишком доверяли старым друзьям, с которыми когда-то прошли огонь и воду.

Эмму спасло то, что перед боем отец отправил ее к Хранителям, которых девушка боготворила, начитавшись древних легенд.

Эмма, как и ее отец, надеялась на славную битву, но магистр ордена запретил ей участвовать в бою.