Мой худший друг

– Точно Катино? – недоверчиво смотрит на длинные черные сапоги на тракторной подошве.

– Не имею привычки коллекционировать женскую одежду.

– Ты понял, о чем я.

– Точно Катино, – заверяю уже серьезно.

Ариша прячет руки за спину, снова смотрит в ящик, а потом уже более доверчиво вынимает сапоги. Поочередно натягивая их на свои ноги.

Мельком смотрится в зеркало."

"– Я как будто за грибами собралась, – накидывает на голову капюшон.

Идти в какое-то там кино уже нет никакого интереса. Темнота, тишина, люди. Мои фантазии ни в ВИП-зале, ни на последнем ряду, просто не осуществимы.

Хочется побыть с ней наедине, а не шататься по кинотеатрам.

Взъерошиваю волосы на своей башке, соображая, как лучше подтолкнуть ее к решению остаться здесь на пару часов. Сам себе клятвенно обещаю, что не буду ее лапать, если останется.

Арина выходит в комнату, собирая в кулаки гармошкой ткань длинных ей рукавов кофты.

Вдавливаю подошву кроссовка в паркет с мерзким скрипом. Тянусь к телефону.

– Сеанс через полтора часа в ближайших.

– Отлично.

Она улыбается, целеустремленно направляясь к двери.

– Может, останемся?

Арина замирает на половине пути. Не поворачивается, только тихо спрашивает: «Зачем?»

– Не имею в виду ничего плохого, – обогнув ее замерший силуэт, приваливаюсь спиной к стене напротив. – Там полно народа, – оттолкнувшись, делаю к ней уверенный шаг. – Хочу побыть с тобой вдвоем, – сжимаю спрятанную в рукав ладонь. Переплетаю наши пальцы.

Арина опускает взгляд. Смотрит себе под ноги долгих полминуты.

– Ладно. Но без рук.

Мгновенно выставляю ладони перед собой.

– Может, пиццу закажем? – скидываю кроссы.

– Я не ем пиццу.

Кто бы вообще сомневался, собственно?

– Тогда на твой выбор, – отдаю ей свой телефон, который не к месту пиликает в ее руках.

– Тебя тут какой-то «Татарин» в клуб зовет.

– Напиши, что я пас, – падаю на диван и включаю плазму.

– Сам пиши, – закатывает глаза и присаживается рядом.

Именно присаживается. Потому что делает это осторожно и медленно, как настоящая леди.

Аринка все еще в сапогах, и я, конечно же, не упускаю шанса ее потрогать. Сгребаю лодыжки и, подтянув к себе, стаскиваю с нее обувь, укладывая стройные ноги к себе на колени.

Знаю, обещал без рук. Но ничего противозаконного же не сделал?! Обычная помощь ближнему, не так ли?

– Спасибо, – она улыбается, немного краснеет и сразу утыкается взглядом в телефон. – Ну я, наверное, выбрала.

– Заказывай.

– Лицо свое дай, – поворачивает ко мне экран.