Мой худший друг

Хорошо? – огрызается и, повернувшись ко мне спиной, продолжает свои бултыхания.

Наблюдаю за ее попытками и тем, как она злится, если не выходит. А у нее откровенно не то что не выходит… Там полный мрак.

Тренера нет. Анька отлично сумела его отвлечь и, возможно, заработать себе дополнительный балл.

Делаю несколько шагов к Громовой и, обогнув ее талию одной рукой, подтягиваю к себе, начинаю отдаляться от этого лягушатника.

– Ты совсем? Азарин!

Она бьет по воде руками и ногами, пока несколько раз не пытается дотянуться до дна, которого не чувствует.

– Я здесь не стою, – сначала шепотом. – Не стою, – а вот теперь переходит на писк.

– Это самая неглубокая дорожка.

Видимо, мои слова звучат неубедительно, потому что она перекручивается, чтобы оказаться ко мне лицом, а потом мертвой хваткой вцепиться в плечи и вонзиться ногтями в кожу.

– Успокойся ты, – отдираю от себя ее руки, – тут неглубоко."

"– Ты меня утопишь, Азарин, – она дергает ногами так, что в какой-то момент задевает резинку на моих плавках коленом, стягивая их на пару миллиметров вниз.

– Ты сама меня так либо утопишь, либо разденешь. Прекрати дергаться. Тебе тут по плечи.

– Нет. Ты выше, поэтому тебе так кажется. Я нахлебаюсь, – снова ударяет по воде рукой.

– Ноги поставь на дно, или ща нырнем.

– Не дотянусь, – мотает головой и подползает по мне выше. Дерево я тебе, что ли?

– Класс, Громова, если что, в мои планы не входило с тобой обжиматься, – откровенно вру.

– Да мне вообще без разницы, что в них входило. Верни меня туда, – вытягивает руку в направлении лестниц.

Совсем незаманчивая идея. Вот совсем…

– Верни меня назад, или… или отпусти!

– Отпустить? – убираю руку, продолжая чувствовать, как ее ногти добираются до мяса на моих плечах. – Даже если бы и хотел, это вряд ли возможно.

– Я боюсь воды, ты знаешь, что я боюсь, и все равно…

Делаю пару шагов в сторону захода в бассейн.

Арина перестает орать и с недоверием сначала смотрит по сторонам, потом на меня. Только сейчас замечаю, что плечи у нее покрылись мурашками, а губы подрагивают.

Развожу руки в стороны, давая ей понять, что больше не держу и воды мне здесь примерно по пояс. Ей чуть выше.

Громова медленно разжимает пальцы, оставляя на моей коже вмятины в виде полумесяцев как напоминание о ее вонзающихся ногтях.

– Ладно, извини.