Мой худший друг

Всецело.

Просовываю руку ей под лопатки, практически пересаживая на свои колени. Арина вздрагивает, но повинуется.

Горячие ладошки оплетают мою шею.

В глазах пожар. В ее светлых льдинках горит яркий огонь.

Все чувства на грани. И все они обоюдны.

Мы ведем немой диалог, от которого едет крыша. В легких – запах дразнящих женских духов, в сердце – огненная магма.

Маринка сваливает без слов. Замечаю лишь ее расплывчатый силуэт.

Аринкины губы так близко. Так соблазнительно манят…

– Кто это?

Она прищуривается, но смотрит в упор.

– Андрюхина сестра. Ревнуешь?

Губы складываются в улыбку. Легкую. Отпускает.

– Исключительно дружеский интерес.

Громова передергиваеь плечами, а я сжимаю ее ногу сильнее, чтобы прекратила нести эту чушь. Потому что сам я не просто ее ревную, я с ума схожу от этого затаенного внутри чувства. Даже представить не могу ее с кем-то другим, сразу кроет.

– Да? Зачем тогда устроила это показательное выступление?

– Ну тебе же было приятно? – переходит на шепот, склоняясь к моему лицу.

Киваю. Сглатываю. Не дышу. Преодолеваю какой-то собственный предел.

Арина улыбается. Коварно, бессовестно, пробуждая во мне хищнические инстинкты, которые и до этого особо не спали. Всегда быть начеку…

– Пойдешь?"

"Катькин голос звучит через плотную дымку. Поднимаю голову, напарываясь взглядом на ее протянутую ладонь.

– Да, – Арина кивает и рывком поднимается на ноги. От неожиданности не успеваю ее задержать. – Мы вниз. Потанцуем.

Сообщает с такими честными, огромными глазами.

Сжимаю руки в кулаки и как дурак пялюсь на ее удаляющуюся задницу.

– Да ты попал, брат.

Кайсаров упирается ладонью в спинку дивана, с которого я тут же поднимаюсь. Преодолеваю расстояние до балконного ограждения, вцепляясь в перила.

Девчонки уже внизу.

Взгляд в толпу. Выхватываю блондинистую макушку у бара. Катя уже повисла на стойке, еще немного, и уляжется там.

Арина осматривается. Выглядит чужеродно. Серьезно? Ни разу не была в клубах?

В это я готов поверить. Вообще, в отношении нее во многое поверить готов.

Мельком оглядываюсь на Дана.

Кайсаров мрачнее тучи. И это неудивительно. Его отец вернулся в страну, так что скоро опять начнется жестить…

Взгляд снова возвращается к Аринке. К которой на всех скоростях подкатывает какой-то утырок. И она ему улыбается. ЕМУ!

На пару секунд задерживаю дыхание и срываюсь с места. Череда ступенек кажется слишком длинной. Разгребаю руками толпу и за считаные минуты оказываюсь возле бара.