Мой хозяин 2

Всё это казалось мне странным, таким странным, что слова застряли где-то в горле, и я не решилась нарушить тишину.

Женщина подняла взгляд, на губах её отразилась полуулыбка. Всё это было словно в каком-то замедленном действии: она посмотрела на меня, потом на Вандора и, так же как он, буквально изменилась в лице. С неё словно бы разом сошли все краски — как будто кто-то мазнул по ней огромным ластиком. Губы дрогнули, стали бескровными, и только огромные голубые глаза остались единственным живым пятном. Огромные голубые глаза…

Я почувствовала, как у меня задрожали руки.

Тело вначале обдало диким холодом, но уже в следующую секунду холод этот сменился жаром. Не может быть…

— Не может быть… — повторила я вслух, глядя на спускающуюся к нам по ступеням женщину.

Несмотря на не проходящую бледность, лицо её оставалось красивым. Уже не молодая, она по-прежнему оставалась интересной. Можно было даже сказать, что с возрастом красота её заиграла особыми оттенками, словно хорошее выдержанное вино.

Спустившись на несколько ступенек, она остановилась и судорожно выдохнула.

Взгляд её так и скользил по лицу Вандора — такой же жадный, как и его, словно бы она стремилась запомнить каждую черту, впитать в себя. Глаза её лихорадочно блестели, длинные изящные пальцы нервно подрагивали на отполированной поверхности деревянных перил. И тут я всё поняла…

— Боже… — слетел с моих губ тихий выдох. Взгляд мой метнулся к Вандору и вновь остановился на женщине. Как я сразу не догадалась, кто она?! Те же глаза, та же мимика, та же уверенность.

— Здравствуй, мама, — словно в подтверждение моих мыслей, выговорил Вандор, и сделал шаг к лестнице.

Я ожидала, что он распахнёт объятья, а женщина, как, это обычно бывает в красивом кино, опрометью бросится вниз по ступеням и утонет в них. Но ничего такого не случилось. Она по-прежнему стояла — бледная, словно напуганная, а выражение его лица оставалось напряжённым, сдержанным. Наконец она всё-таки сделала шаг вниз. Вандор напрягся ещё сильнее, и когда мать его-таки достигла подножья, весь превратился в каменное изваяние.

Он был намного выше даже несмотря на то, что и она не отличалась крохотным ростом. Широкоплечий, крупный, на её фоне он выглядел настоящим мужчиной — сильным и уверенным в себе. Женщина вскинула голову, и я заметила в её глазах слёзы. Предательские слёзы, которые она наверняка не хотела показывать. Наконец и Вандор сглотнул. Кадык его дёрнулся, взгляд изменился.

— Здравствуй, мам, — повторил он глухо, сдавленно.