Мой холодный мужчина

Хотя, с другой стороны, кому же выполнять это, если мы летим малым составом без всяких заместителей и помощников?

Гар-тиар улыбнулся, еще раз поблагодарил за заботу и неожиданно повернулся к Диару, который стоял чуть в стороне:

– Диар, проводишь меня до каюты?"

"Так они знакомы? Я с трудом сдержалась от любопытства, наблюдая, как они неспешно покидают кают-компанию, а следом за ними отправляются двое наших воинов и остальные целители с сопровождением.

– Нита, разворачивай корабль и настраивай на нужный курс, – едва они скрылись, велел капитан.

Девушка тут же сорвалась с места и взялась за работу, сверяя данные.

– Нара Александра, в маршруте уверены?

– Да.

– Перепроверяйте время от времени.

Кивнула и села в свое кресло. Корабль антирцев, доставивших их на наш борт, виднелся слева от нас, ложась на параллельный курс. Большая часть делегации находилась именно там, их охраняли два военных звездолета, оснащенных сверхновыми лазерными пушками. А у нас, похоже, один Диар стоит всей их охраны.

Ужин я пропустила, внося последние изменения в маршрут, и отправилась в столовую ближе к полуночи. Находиться одной было непривычно, я постоянно ловила себя на мысли, что жду, как вот-вот здесь покажется Диар. Наваждение какое-то! Тряхнув головой, отправилась отдыхать. Уже почти дошла до каюты, как интуиция потребовала заглянуть в небольшую оранжерею, расположенную на корабле.

Обнаружила в ней двух учеников целителя, которые с любопытством осматривали растения, делали какие-то записи и быстро щелкали пальцами, словно собирали в воздухе энергию.

– Листья или корни, Лир? – поинтересовался один из них.

Обруч у него чуть съехал на лоб, а глаза налились изумрудным сиянием.

– Листья, – уверенно ответил второй.

Цвет глаз у него был хоть и зеленым, но совсем с иным оттенком, ближе к глубокому малахитовому.

Даже удивительно, что при знакомстве они показались мне одинаковыми.

– Тогда ты составляешь рецепты с листьями, а я – с корнями, – решил изумрудный.

– Давай, – с весельем в голосе отозвался второй.

– Только, чур, не жульничать!

Малахитовый закатил глаза, фыркнул, а потом наклонился и принялся нюхать листья и делать вокруг них какие-то пассы.

– У вас дар чувствовать природу вещества? – не удержалась я, выдавая свое присутствие.

Оба оглянулись, уставились на меня.

– Лир, – представился первый. – Прозвище – Изумруд.

– Макс, – представился второй. – Прозвище – Малахит.

Я невольно хихикнула.