Мой единственный

Девушка улыбнулась, глядя на свою изящно сложенную темноволосую подругу.

– Это должна была быть моя реплика. В последнее время ты так редко катаешься верхом.

– Знаю, – вздохнула Кэрол. – Но Гарри сердится, когда я выезжаю, а тем более теперь, когда мы пытаемся завести нашего первенца. Мой дорогой супруг боится, что я могу потерять малыша прежде, чем мы узнаем, что я беременна.

Джулия и сама слышала, что верховая езда может привести к подобному исходу.

– Почему же сегодня ты рискнула?

– В этом месяце я уж точно не забеременела, – расстроено надув губы, сообщила Кэрол.

Джулия сочувственно кивнула головой.

– А еще, – добавила Кэрол, – мне так недостает наших с тобой прогулок, что я готова пренебречь мнением Гарри. К тому же на те несколько дней, когда у меня месячные, мы оставляем свои попытки.

– А еще его не было дома, когда ты уезжала? – предположила Джулия.

Кэрол рассмеялась, лукаво блеснув своими прекрасными голубыми глазами.

– Верно, и я вернусь до того, как он окажется дома.

Джулия не беспокоилась, что подруга поссорится с мужем.

Кэрол и Джулия всю жизнь были соседками. Их респектабельные дома на Беркли-сквер разделял лишь узкий переулок. Даже окна их спален, благодаря стараниям подруг, смотрели друг на друга.

Джулия скучала по Кэрол. Когда подруга жила в Лондоне, девушка часто навещала ее, но Кэрол уже не была, как ранее, так близко. Выйдя замуж, она перебралась в дом мужа, который от Беркли-сквер отделяло немало кварталов. А еще периодически они уезжали в фамильное поместье Робертсов и проводили там несколько недель.

Несколько минут подруги ехали рядом, но Джулия, пробывшая в парке уже около часа, предложила:

– Может, по дороге домой остановимся у чайной и полакомимся мороженым?"

"– Еще рано и совсем не жарко, чтобы есть мороженое. Зато я ужасно проголодалась. Признаюсь, я очень соскучилась по выпечке миссис Кейблс.