Мой единственный

"

"Для человека, который вроде бы больше всего на свете стремится к этому бракосочетанию, граф не выглядел таким уж довольным… по крайней мере, пока… У него, очевидно, были свои планы или… он не до конца поверил, что они на самом деле решили пожениться.

От этой мысли она нервно рассмеялась, но тут же приняла вполне серьезный вид: дверь снова приоткрылась, и в спальню вошел Ричард.

Джулия вскочила с кровати. В воздух поднялось облачко пыли. Молодая женщина принялась безуспешно разгонять ее ладонью.

– Тебе нужно научиться стучать, – раздраженно произнесла она.

Ричард осторожно прикрыл за собой дверь.

– Мы скоро поженимся, поэтому стучать не обязательно.

Джулия приподняла брови.

– У тебя пока нет привилегий супруга, – ее голос опустился до шепота, – даже если бы мы и в самом деле решили пожениться.

Ричард улыбнулся и, оглядев спальню, произнес, невольно поеживаясь:

– Я надеялся, что твоя спальня будет лучше моей. Уиллоу-Вудс действительно представляет собой жалкое зрелище.

– Еще одно свидетельство того, в каком незавидном положении находится твой отец и как ему нужна свадьба.

– Он всегда был жадным типом, но «в незавидном положении» – в самую точку. Полагаю, оставленные мной карточные долги окончательно опустошили его карманы. Очевидно, ему пришлось занять деньги у тестя Чарльза, чтобы выплатить их.

– Ты любишь азартные игры?

– Вовсе нет. Я специально делал долги, чтобы он от меня отрекся, но из этого ничего не вышло, поэтому пришлось сбежать из дому.

Она на самом деле очень мало о нем знала.

Вспоминая разыгранное им представление, Джулия призналась:

– Сегодня внизу ты был просто великолепен. Как тебе это удалось? Ты весьма искусно скрываешь свои истинные чувства. Я сама едва не поверила в искренность твоих слов.

Ричард слегка покраснел.

– Прости, что поставил тебя в неловкое положение. Но отец весьма подозрителен. Если что-то не будет вписываться в рамки общепринятого, он начнет доискиваться, что тут к чему. А мы ведь стараемся казаться обычной парочкой.

– Думаешь, он поверил?

– Пока еще трудно сказать что-либо определенное. Не скажу, что сейчас я знаю этого человека. Девять лет назад, когда я сбежал, уверен, граф был не способен сотворить такую гадость со мной.