Мой драгоценный мужчина

Или я чего-то и тут не заметил? Вот, бездна!

Я настроил маршрут, перевел флаер на автоматический режим и повернулся к ней, решив поговорить на какую-то нейтральную тему. Тишина напрягала, как и ее молчание. Но стоило посмотреть на девушку – и все слова вылетели из головы, а тело обожгло дикое желание.

– Капитан? – вопросительно уставилась она на меня, бросая беспокойный взгляд из-под ресниц.

– Вы были на выставках, которые устраивает Герда Эрмер, лейтенант? – спросил, радуясь, что нашел хоть какую-то тему для разговора.

– Нет, капитан."

"– Мне тоже не доводилось, хотя слышал, что каждая из них – целое событие, – заметил я.

На лиар пришел вызов, и я активировал его, касаясь камня на браслете.

– Здравствуйте, правитель Наран.

Миранда подобралась, тоже поприветствовала одного из лидеров планеты.

– Добрый вечер, капитан, лейтенант. Вы случайно не в Звездную Галерею летите на открытие новой выставки? – внезапно уточнил он.

– Именно туда, правитель Наран, – отозвался я, ловя вопросительный взгляд кареглазой и гадая, не сорвется ли наше свидание прямо сейчас из-за внепланового задания.

– Отлично! Это будет даже удобнее, чем дергать вас обоих завтра с утра в разведывательное управление. Этот приказ подполковника Брейса отменяю.

– Есть, правитель Наран, – мы хором.

При этом Харт посмотрела на меня, словно ждала каких-то пояснений.

– Все необходимые сведения передам тогда через Рафаэля Эрмера, он как раз через четверть часа будет у меня. Дождитесь его.

– Да, правитель, – ответили мы.

Голограмма исчезла, я посмотрел на Харт.

– У вас есть вопросы, лейтенант?

– Есть, капитан, – немного помедлив, ответила она, и ее глаза вспыхнули звездами. – Что за сведения должен передать нам ректор Ариатской Звездной Академии?

– О нашем подозреваемом. Завтра вечером отправимся его ловить, – ответил я. – Отец Рафаэля Эрмера – глава ариатской разведки, – пояснил на всякий случай.

– Ясно, капитан, – ровным тоном отозвалась кареглазая.

– И все? Больше вопросов нет? – уточнил я.

– Нет, капитан.

Меня, кажется, начинают раздражать ее короткие и односложные ответы. Да даже когда мы летели от ее родных, Миранда была более разговорчивой, чем сейчас, и менее скованной. Вот что я делаю не так?

Флаер дернулся, и я оказался прижат к кареглазой. Ощутил на своей щеке ее сбившееся дыхание, слегка придержал за плечо, касаясь голой кожи.

– Не ушиблись, лейтенант? – произнес практически шепотом в ее губы.