Могильщик из Таллина

Тогда мне очень повезло. Удалось не только остановить серию убийств на пароходе «Королева Ольга», но и помочь русской экспедиции отыскать пиратские сокровища на Мадагаскаре[17]. Годом позже, когда в Кисловодске была затронута честь подданных Северо-Американских Соединённых Штатов, настала очередь и «The Washington Post».[18] Так что зря вы пытаетесь разглядеть во мне какого-то бывшего жандарма или полицейского. Нет, упаси Господь! Я частный детектив, живущий в Праге, а в прошлом принадлежал к адвокатскому сословию на юге России.

— Мне кажется, что и через сто лет русский народ не осознает, что хорошо, а что плохо. Любому здравомыслящему человеку понятно: большевизм — зло.

— Одному Богу известно, чем всё это закончится, — тяжело вздохнула Анастасия.

— Мрачное вы нарисовали будущее, господин Саар. Я ещё надеюсь возвратиться на родину, — изрёк Ардашев. — Но сейчас, предлагаю вернуться к убийству в церкви Святого Олафа. Учитывая, что я не имею права присутствовать при опознании орудия убийства, мне хотелось бы иметь возможность прямо сейчас попросить господина Отса описать арбалет.

— Не возражаю, — инспектор метнул грозный взгляд на смотрителя. — Давай рассказывай, дед.

Отс развёл руками:

— А что говорить? XVI век. Боевой арбалет. Лук стальной, тетива — пенька. Ложе — орех с костяными декоративными панелями. На правой стороне выжжены две буквы «GW».

— Стало быть, тот самый, — заключил Ардашев. — Благодарю.

— Ладно, — отчего-то подобрел инспектор, глядя на сторожа. — Оставайтесь здесь. Завтра к десяти утра подъедете в участок, подпишете протокол опознания самострела. И без опозданий! Ваше счастье, что я тороплюсь.

Он потряс ключами и сказал:

— Нужна коробка для этой связки.

— Не извольте беспокоиться, господин начальник. Есть там, у входа.

— Тогда идём.

Спускаясь по лестнице, Саар проговорил:

— Господин Ардашев, загляните ко мне на днях. Потолкуем.

— Обязательно.

— Я надеюсь, вы помните наш уговор насчёт мадам Варнавской?

— Безусловно.

— Вот и славно.

— Честь имею.

Инспектор кивнул и, в очередной раз обласкав взглядом Варнавскую, потянул на себя пудовую дверь.