Мое искушение

Плохо удовлетворяешь женщину…

Сознание заволакивает чистая ярость. Очередной кулак летит ему под дых. А потом еще раз, и еще. Я уже ничего не соображаю. Хочется только его заткнуть. Затолкать обратно в глотку все, что он сказал. Кровь брызжет в стороны, остается на моих руках. Уже понимаю, что все закончится плохо. На секунду перед глазами возникает лицо Яны. Я не должен позволить нас разлучить. Каким-то чудом торможу. В мозгах немного проясняется. Брат, хватая ртом воздух, кривит губы в отчаянной улыбке. Словно получает то, чего и добивался.

До боли сжимаю кулаки, заставляя тело оставаться на месте. Меня колотит от диких эмоций и выброса адреналина. Отдышавшись, хватаю Ромку за разорванную футболку и сажаю вертикально. Осматриваю его. Одной рукой он поддерживает ребра. Другой стирает кровь, стекающую из носа. Лицо я ему немного подпортил. Но ничего критичного совершить не успел. Кажется, остановился в шаге от предела. И спасибо за это моему наваждению. Один только страх ее потерять действует как ведро ледяной воды.

Оставляю брата на крыльце и быстро захожу в дом. Толкаю все двери подряд, разыскивая Яну. Наконец нахожу ту самую спальню, в которой снимал свое видео Ромка. И на кровати вижу ее. Подскакиваю ближе, опускаясь перед ней на колени. Яна спит, укрытая одеялом. Отбрасываю его. Под ним она не голая — в джинсах и футболке. Легонько трясу ее, пытаясь разбудить. Знаю, что у моей девочки чуткий сон. Мы так орали на улице, но она не проснулась.

Слышу за спиной шаркающие шаги. Оборачиваюсь.

— Ты ее одел? — цежу сквозь зубы.

— Я ее не раздевал, — усмехается разбитыми губами. — Только футболку стянул, чтобы тебя достать. И одел обратно. Я не насилую женщин. А Яна больше меня не хочет…

— Почему она не просыпается? — спрашиваю с тревогой. Мои попытки ее разбудить не дают результата.

— Я дал ей снотворное.

— Тварь! Зачем?

— Она не хотела меня слушать. Пыталась сбежать, дозвониться до тебя."

"Эти слова должны усмирить моего внутреннего зверя. Но почему-то не успокаивают. Знаю, почему. Я не справился. И пусть в глубине души не сомневался в Яне. Больше всего боялся, что брат причинит ей вред. Но я все это допустил. Позволил заманить себя в ловушку.