Моя по контракту

Арина кивает в сторону выхода, там за углом в фойе, в паре метров от прохода, вижу Грачёва, который разговаривает Евой. И не просто разговаривает. Он делает к ней шаг и касается её локтя, а она хватает его руку а ответ.

Я не хочу чувствовать то, что чувствую. Не хочу ощущать этот жар, что стекает с шеи и до самых ног. Противный, липкий, обжигающий. Не хочу облачать это в слово, потому что это будет прямым подтверждением, что я влипла в него.

— Арина, скажи, пожалуйста, Стасу, что я плохо себя почувствовала и решила взять такси.

Арина пожимает плечами и кивает, а я забираю свою сумочку и иду к параллельному выходу, стараясь, чтобы никто не заметил, как у меня в который раз за сегодня огнём пылает лицо.

18

Стас

Сбежала.

Эх, Змеевна, коза ты мелкая. Может, я со своим предложением слишком откровенно подкатил. Но, блин, тратить время на игры я не хочу, когда обоим может быть хорошо. Я же вижу, что она реагирует, отзывается.

Сегодня в машине у самого чуть крыша не поехала.

Но взвинтила меня своим факом сначала на злость, а потом член чуть не взорвался, когда прижал её к машине.

Тянет меня к ней. Кроет. Хочу её.

И сейчас, пока танцевали, кайф ловил от её запаха. Она такая трепетная, нежная. Ладонями упёрлась мне в грудь, но хотела ли оттолкнуть? Я сказал как есть, она это примет.

За столик возвращаюсь один, решив чуть отпустить её на время. Пусть припудрит носик и причешет мысли. Так или иначе, Ася понимает, что вечно бегать от меня не получится, саму тянет, так не проще ли уже переступить эту грань?

— Стас, у тебя очаровательная жена, — улыбается Рубанов и наполняет наши с ним бокалы, пропустив бокал жены. — Молодость — это прекрасно."

"Его жена тоже моложе, но значительно больше, чем на десять лет, как у нас с Асей. Рубанов и до женитьбы два года назад любил пройтись по молоденьким.