Моя по контракту

Выхожу на улицу, сажусь в машину, и едва завожу двигатель, как звонит Люда и говорит, что нужна срочно моя подпись. Предлагает подъехать, куда скажу.

— Я сам приеду, уже освободился, — отвечаю со вздохом. Придётся возвращаться в офис.

Естественно, одной подписью не обходится. Я снова закапываюсь в делах, пытаясь разгрести, чтобы в пятницу быть свободнее и уйти чуть раньше. Хочу предложить Асе съездить в загородный дом на выходные. Там можно и на пикник к реке сходить, уже достаточно тепло. Прям засело в голове, как я трахаю её на покрывале на траве.

Даже отправляю ей пару сообщений. Вполне себе невинных. Про блины. Ну и про минет. Надо же ей уже как-то становиться смелее.

Но сообщения мои остаются непрочитанными. Чем это она там так занята? Ладно, скоро приеду и узнаю.

Добив, наконец, проверку сводной по кварталу, я уже собираюсь домой, но, видимо, спокойно мне уйти сегодня не судьба.

Звонок от Рубанова. Странно, может, перетёр со своими юристами и что-то ему не так.

— Стас, здравствуй!

— Добрый день, Александр Валерьевич, что-то не так в договоре?

— Ты смотрел местные новости?

— Нет, а что там?

— Посмотри. Внимательно. И прими меры, а то как-то не очень получается.

Рубанов прощается, а я в недоумении нахожу на планшете местный новостной канал.

Тридцати секунд хватает, чтобы понять, о чём говорил Рубанов.

Под стенами сажевого развернулся протест. Экогруппа, давно всех в городе доставшая, но народу значительно большей, чем на их обычных кричалках.

Твою ж мать. Дура малолетняя.

24

Ася

Народу больше, чем я ожидала. Я приезжаю уже с опозданием, но Олег и Инна всё равно радостно приветствуют меня. Сразу дают табличку и выпихивают ближе к ограждению.

У других тоже плакаты, планшетки, просто распечатанные листы с перечёркнутым изображением дымящих труб.

Впереди толпы двое мужчин и женщина, у них громкоговорители, в которые они как раз начинают выдвигать требования о защите окружающей среды.

Среди народа начинаются волнения. Замечаю, что Олег и ещё несколько парней ходят среди людей и что-то говорят, а те начинают перешётываться. Возмущения растут и крепнут. Слышны уже крики и требования не только связанные с экологией, но и вызванные недовольством властью города в целом.