Младший научный сотрудник-7

Ну и как мы с тобой дальше жить будем, спросил я у самого себя, Петя Балашов с номером один? И я ничего не смог ответить на этот вопрос… примерно так же, как и Кальтенбруннер в разговоре с Мюллером, помните? Нет? Тогда позволю себе напомнить.

— И тогда я спросил себя, — сказал Кальтенбруннер, глядя в глаза Мюллеру, — а не дурак ли Штирлиц? И я не смог дать себе ответ ни в положительном, ни в отрицательном смысле…

Вот и я сейчас оказался в положении начальника имперской канцелярии… съел в итоге еще два ломтя сала и решил, что утро вечера мудренее, как утверждается в народных сказках, да и лег на какие-то доски в углу горницы, изображавшие из себя лежанку.

А утром я проснулся не от комариного писка (все комары куда-то вдруг взяли и подевались), а от рева мотора — сначала нарастающего откуда-то издалека, а потом и предельно громкого. Дизель, подумал я, судя по прерывистости звука. Встал, конечно, и вышел через сени на свежий воздух… а рядом с моей избушкой стоял БТР-60, он же ГАЗ-49… и даже и не просто 60, а 60П, что на языке разработчиков этого аппарата на славном Горьковском автомобильном означало «плавающий».

Люк вверху машины был открыт и из него торчала донельзя довольная физиономия психиатра Горлумда… ну да, того самого Генриха Готлибовича, который первым исчез из белого круга.

— Здорово, Петя, — весело сказал он, выбираясь из люка, — как жизнь молодая?

— Пока живой, — скупо ответил ему я, — а что это вы тут делаете? Вдали от психиатрической клиники и бункера с физическим стендом?

— То же, что и ты, — он спрыгнул с борта БТРа, сапоги его при этом ушли в болотистую почву сантиметров на пять, — выживаю в новых условиях.

— И как проходит выживание?

— С переменными успехами, — рассеянно ответил он, — ты вот что, Петя… забирай свои вещи и поехали.

— Нет у меня никаких вещей, — ответил я, — так что ехать я готов. Вот только куда?

— В одно теплое местечко — по дороге расскажу… залезай, — и он откинул боковой вход в БТР.

Я залез, какие тут другие варианты могли быть… внутри было сумрачно, тепло и воняло сгоревшими выхлопными газами. Готлибович забрался следом за мной и сел в кресло водителя.

— Вы тут один все функции что ли выполняете? — автоматически вылетел из меня такой вопрос. — И швец, и жнец, и на БТРах рулите?"

"— Жизнь заставила, — коротко обрисовал он ситуацию, — почти год уже я здесь обитаю, поневоле научился.