Младший научный сотрудник 3

Причем грамотно надавил — один раз долго, другой коротко и третий опять долго.

— Это чего было? — крикнул вниз Ираклий.

А помощник присоединился к нам, в руках у него был справочник по этим звуковым сигналам, на английском естественно.

— Да вот, нашёл такой талмуд, — показал он нам обложку, — длинный-короткий-длинный означает «прошу подойти к нашему борту».

— Молодец, — похвалил его капитан, — а мы ещё раз выстрелить попробуем.

И он зарядил синий патрон, отойти уже никого не просил, а просто выпулил его в небо — я угадал на этот раз, это был дымовой вариант, но не синего, конечно, цвета, а так, слегка голубоватого.

— Смотри, смотри, — толкнул меня в бок Серёга, — он вроде бы замедляться начал.

Я, если честно, ничего такого не увидел, но кивнул другу, чтобы не расхолаживать. А ещё то судно загудело, не сигналами азбуки Морзе, а просто длинно и протяжно.

— Похоже, нас сейчас спасут, — возрадовалась Людочка, — прям даже не верится.

— Не говори гоп, — предупредил её капитан, — пока не перепрыгнешь — вот когда спасут, тогда и будешь радоваться.

— Надо бы обратно якоря отдать, — сказал я ему, — а то волнами снесет неизвестно куда.

И Ираклий согласился со мной — помощник сбегал в рубку и опять положил и левый, и правый якорь на дно.

— Точно оно курс изменило, — сказал капитан, — давай ещё одну ракету выпустим для пущей надёжности.

И я протянул ему второй патрон синего цвета.

Глава 11

Ложная беременность

— Значит, хреновое было обследование, — нехотя согласился со мной главврач.

"— Да тут и рассказывать особенно нечего, — я уселся на стул рядом с окном и продолжил, — сосредотачиваюсь, думаю о чём-нибудь хорошем и перед глазами, как на экране, появляются внутренние органы пациента… не все, конечно, а те, куда руки наложил.

— А дальше? — подстегнул он меня, — ты же не только видишь, верно?

— Верно, — ответил я, — дальше совсем непонятно что происходит, словами не смогу передать.

— Сколько народу ты так уже вылечил? — перешёл к следующему этапу Горлумд.

Я прикинул в голове и ответил, что четверых, если считать Юрика-жмурика.

— Когда впервые у тебя это проявилось?

— Да вот… — начал вспоминать я, — три дня назад и появилось.

— Тэээк, — забарабанил пальцами по столу он, — значит, мы вот как с тобой поступим, пионер Петя Балашов…

— А почему пионер? — зачем-то обиделся я, — комсомолец я.