Мистер

Что ему нужно?

Непослушными замерзшими пальцами она вытаскивает из пакета тонкий шарф и повязывает им голову, пряча промокшую косу. Глубоко втянув воздух для храбрости, выходит из прачечной – хозяин стоит на кухне.

– Привет, – с улыбкой говорит он.

Алессия поднимает голову. Обезоруживающая улыбка зажигает в его изумрудных глазах огоньки и освещает прекрасное лицо. Девушка смущенно краснеет и отворачивается.

Зато она чуть-чуть согрелась.

В прошлый раз он так сердился на нее… Что же изменилось?

– Алессия, – снова произносит он.

– Да, мистер, – отвечает она, не поднимая глаз.

Сегодня он хотя бы одет.

– Я просто хотел поздороваться.

Она на мгновение поднимает глаза, не понимая, чего он хочет. Его улыбка слегка померкла, на лбу наметились морщины.

– Здравствуйте, – говорит Алессия, все еще не понимая, этого ли он ждет.

Хозяин кивает и неуверенно переминается с ноги на ногу, будто собираясь что-то добавить, но потом разворачивается и уходит.

Ну я и придурок! «Привет!» Нашел что сказать! Все выходные думал о девушке, а при встрече только и выдавил: «Я просто хотел поздороваться».

Какого черта со мной творится?

На полу в коридоре отпечатки босых ног.

Она что, пришла сюда босиком? Под дождем? Не может быть!

В спальне сумрачно, а вид на Темзу не вызывает вдохновения. С неба льет без остановки. Капли замолотили по стеклу с самого утра, и я даже проснулся от шума. Черт! Она, наверное, брела пешком под проливным дождем. Интересно, где она живет и сколько ей пришлось идти? Я хотел разговорить ее, узнать хоть какие-нибудь подробности жизни, однако не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять – рядом со мной ей не по себе.

Как бы выяснить, ей не нравлюсь я или она не в восторге от мужчин вообще?

Неприятная мысль. А может, я рядом с ней нервничаю и смущаюсь? Сбежал же я от нее на прошлой неделе – вспоминать об этом не слишком приятно. В будущем такого допускать нельзя.

На самом-то деле, девушка меня вдохновила.

Не знаю. Знаю, что сочинил (и закончил!) три пьесы и еще две набросал вчерне. А к одной мелодии меня так и тянет написать слова. Я забросил и телефон, и электронную почту, закрылся ото всех и впервые в жизни нашел утешение наедине с самим собой. Вот так откровение.