Мистическое влечение

Результат мутации.

Ася нервно сглотнула, чувствуя, как ком, застрявший в горле, начал медленно рассасываться, и кровь снова заструилась по венам, неся кислород. Пальцы девушки сильнее сжали бортики бассейна. Каковы её шансы на спасение?

Она облизнула разом пересохшие губы.

Бежать… Куда? Надо выбраться из бассейна и сауны. А там… Там появится шанс на спасение.

Ведь появится?

Ей отчаянно хотелось в это верить.

Матвей, Сталкер, они же где-то в отеле! И другие посетители! Она не одна!

Лишь бы выбраться."

"– Что же ты молчишь? Смотришь на меня красивыми глазками и молчишь? – промурлыкал Синяев, ленивой походкой, вразвалочку направляясь к бассейну.

Цепкий взгляд Аси, полный концентрации, выхватил всё: тяжелые армейские сапоги (такими ударит по подбородку, сразу вырубит, или наступит на голову – не пошевельнешься), видавший виды свободный камуфляжный костюм (под таким легко можно спрятать пистолеты, веревки и прочую гадость), покрасневшие, опухшие глаза, в которых застыл холодный огонь безумия…

То, что он начал диалог, хорошо.

Блин, неужели Ионов не придет к ней? И тут же мысль, повергающая в очередную пучину отчаяния: а, собственно, почему он должен к ней прийти?

Поступки Матвея не так просты, как кажутся. Тогда зачем он дал её хитрую пилюлю? И сам, зная, что над ней висит Дамоклов меч, пошёл расслабляться с бывшим сослуживцем?

Нет, это не про Ионова. Алешка доверял ему не просто так.

Ася медленно кивнула.

– Мне не о чем разговаривать с убийцей.

Однажды мама, наблюдая за дочерью-подростком заметила одну характерную для той черту: Ася могла ночами не спать, переживать, придумывать десятки плохих сюжетов развития событий, но когда наступал момент Х, собиралась и делала всё, что от неё требовалось.

Так и сейчас. Душа Аси захлебывалась от страха, голос же прозвучал спокойно и хладнокровно.

Синяев оскалился.

– Девочка, ну что же ты так грубо. Не стоит злить папочку.

– А папочкой ты себя называешь каждый раз, когда расчленяешь ребенка?

Синяев прищурился.

– Строптивая. И смелая. Давно ли? Ай-яй-яй. Что же ты раньше не проявляла свою смелость? Всё убегала от меня, глупая, – он старался говорить негромко, его тон больше походил на колыбельный мотив, словно мужчина хотел усыпить бдительность жертвы, втереться в доверие.

– Глупая – да, это верно, – Ася под водой поставила ногу нижнюю ступеньку лестницы и приготовилась.