Мистическое влечение

С отцом за тот случай он рассчитался чуть позже. И тот тоже хорошо усвоил разговор с сыном.

Тонкие губы мужчины растянулись в довольную улыбку, а в паху приятно заныло. Да, было много крови. А кровь он любил. Кровь – часть нас самих. Нашего организма. Что же в ней плохого?

Синяев закрыл глаза и сосредоточился. Не время предаваться воспоминаниям о делах минувших. Есть кое-что поважнее. Он втянул в себя воздух, стараясь поглотить его как можно больше. Кто бы мог подумать, что запахи имеют свои краски? Причем, это не метафора.

Главное – они его отпустили. Он не стал задаваться вопросом «зачем?»

Он снова был на свободе.

А значит…

Тонкая черная пленка перед закрытыми глазами задрожала. Вот. Вот этот сладкий момент, когда его организм начинает распознавать запахи. Парадокс заключался в том, что дар Синяева раскрылся уже на свободе.

Мальчик оказался очень сладким. Жаль, не тугим. Профессионал, попа хорошо разработана. Но как он сосал! Да и за тройной гонорар позволил пустить себе кровь, сделать надрезы на спине.

И в тот момент, когда Синяев трахал мальчишку, размазывая кровь по его спине, его накрыло! Да так, что он в первый момент и не понял, что произошло.

…как пьяница-отец привел сына к толстому сутенеру…

…как этот сутенер изнасиловал орущего не своим голосом паренька (о, из-за этой картинки Синяев едва ли не кончил раньше намеченного срока)…

… как один клиент сменялся другим…

Кровь! Вот что стимулирует адреналин в организме Синяева и позволяет ему видеть то, что простым смертным недоступно! Вот что делает его интуитом, запуская в его организме невидимые винтики и болтики.

Синяев готов был бежать в Центр и хвалиться своими открытиями. Кричать, что они – эти шишки-руководители – оказались болванами, не распознавшими дремлющего в нем гения.

Он так и сделал. Взяв такси, велел гнать к стеклянной высотке, с охраной по всему периметру и допуском по личным пропускам. Он уже готов был кричать охране, что они все мудаки и требовать встречи с кем-то из руководства. Он бы непременно так поступил.