Мистер Смерть и чокнутая ведьма

Сейчас моя мама будет рвать на клочки маму Теодора. Пора валить."

"Взбесившаяся рыжая ведьма метнула проклятье в черноволосую некромантку. Та укрылась щитом и бросила какое-то заклятие в соперницу… Моя легко отмахнулась, ответила… Короче, если мы не хотим получить в лоб какое-нибудь заклятие или чары, то надо либо их разнимать, либо прятаться.

Теодор хотел прыгнуть и растащить двух взбесившихся дамочек, но я-то свою матушку знала лучше, а потому дернула женишка (что уж теперь, сама ляпнула), потянула его за собой и нырнула под большой стол, укрытый скатертью до самого пола.

— И зачем? — усмехнувшись, спросил Мортем.

— Да ну их, — отмахнулась я. — Пусть проорутся. Ты не понравился моей родительнице, я — твоей… Сейчас подерутся, пар спустят, устанут, тогда и поговорим.

— Ты так спокойно рассуждаешь об этом? — поднял он брови. — Не боишься, что твоя мама пострадает? Моя — сильная некромантка.

— А моя — сильная ведьма. Мне до нее расти и расти.

Минуты две мы вслушивались в ругань, шипения, оскорбления и громкие «бум», когда чары сбивали что-то из мебели или книг. Эх… Весь кабинет мне разгромили. Но зато обе скандалистки выдохлись и… пошли врукопашную.

Кошмар!

— …Я тебе глаза выцарапаю!

— …А я волосья выдрать эти рыжий!

В какой-то момент Мортем просто уронил лицо в ладони и начал тихо смеяться.

— Ох, не могу, — утерев слезы, взглянул он на меня.

Я с улыбкой пожала плечами.

— Ты купила свадебное платье? — перевел он разговор. — Я очень рад, что ты приняла мое предложение.

— Я… ну… это…

— Когда мы поженимся? Я настаиваю, чтобы как можно скорее, пока ты не передумала. Мои родственники смогут прилететь сюда дня через два или три. Успеем всё организовать?

— Мм-м… Я не уверена, что нужно спешить, — выдавила я из себя, наконец, и смущенно отвернулась.

— А так я смогу тебя переубедить? — подался он вперед.

Кажется, к женским голосам добавился мужской, но я не уверена. Мы целовались…

— …вылезайте! — прозвучал разгневанный голос Владимира Вольфганговича. — Стрельцова! Быстро сюда!

Я дернулась, отстранилась от Теодора и осторожно выглянула из-под стола, приподняв край скатерти. Рядом со мной тут же нарисовался мой жених, и мы вдвоем узрели потрясающую картину.