Мир приключений, 1969 (№15)

Справа провизжала тормозами невидимая машина, крикнули: «Давай!» Перед моим носом плавно прокатился велосипед без седока. Машина газанула, обогнала его и скрылась.

Подъем здесь довольно крутой, — блеснув спицами, велосипед загремел в канаву за ближним кустом.

От города непременно набежит пеший десантник и заберет велосипед. Сядет и поедет. А я что — рыжий?! Нет, вы посмотрите — «Турист», с восемью скоростями, новехонький... Чей бы это мог быть велосипед?

Я оттащил его от дороги, опустил до отказа седло, спрятал ключи в сумку и поехал за десантниками.

Теперь я сам не понимаю, как это получилось. Я же твердо помнил, что должен отыскать любую лазейку, уйти из Щекина и предупредить о готовящемся захвате главных столиц мира. И — забыл обо всем. Хотите знать, почему?

Я решил, что Степка уже там, куда едут десантники, и я нужен ему. В лесу, проползая к дороге, я словно бы увидел очень ясно Степку и услышал его голос: «Давай сюда, живее!»

Но когда я садился на велосипед, Степка уже никого не мог позвать на помощь.

ИНСТРУКЦИЯСтепан добрался к высоковольтной линии ровно в пять часов дня — по часам Вячеслава Борисовича. Большую часть пути он пробирался низом, по оврагу. Разодрал подол платья, потерял платок и едва разыскал его в кустарнике. Он все думал — догадается ли Вячеслав Борисович воспользоваться «посредником» и разгипнотизировать своих сотрудников? Насчет сознаний-«вишенок» он понимал не слишком ясно и поэтому называл это дело гипнозом. Про себя, конечно.

Он вышел к высоковольтной линии на границе совхозных угодий, у плотины, за которой был пруд. В одном месте через плотину пробивалась тонкая струйка воды, и Степка напился и долго отплевывался песком. Вылез из оврага. Мачты высоковольтной были рядом. Теперь надо было отыскать хорошее укрытие, чтобы к нему нельзя было подобраться незаметно."

"Такое место нашлось сразу — сторожевая вышка птицефермы. Обычно на ней восседал сторож с двустволкой, «дед». Сегодня вышка была пуста.

Степка зажмурился и одним духом оказался на вышке. Знаете, не особенно-то весело за каждым поворотом ждать засады. Ему чудилась засада на этой вышке, как и везде. Но вышка была пуста. На крытой, огороженной досками площадке стоял табурет. В углу лежал огромный рыхлый валенок.