Мир обретённый

Он сграбастал Кошмарика, оторвал от земли и перебросил через крышу возвышавшегося перед ними здания.

Милос ошалел.

— Ты что сделал?! Зачем?

— Ты же сказал — чтобы он вовек не забыл, — отозвался Огр.

Вся команда «сосратников» Милоса кинулась искать улетевшего пацана, но того не оказалось ни на параллельной улице, ни на следующей, ни на той, что за ней. У Милоса уже начало возникать опасение, что Кошмарик так грохнулся о землю, что утонул, но тут они наконец заметили мелькнувшего вдали беглеца — тот заворачивал за угол.

— Эй, смотрите, что это?"

"Через узенький проулок они вышли на выложенную брусчаткой улицу, по которой прогуливался народ. По одной стороне улицы шёл ряд старинных зданий, красота фасадов которых, однако, была осквернена множеством вульгарных, мигающих на разные лады рекламных вывесок, обещающих всяческие удовольствия и увеселения — от музея восковых фигур до зеркального лабиринта.

— Я думаю, это Аламо, — проговорил Лосяра. — Но мне потшему-то кажалошь, што она должна быть побольше...

— Нет, вы только гляньте, гляньте! — протрещал Хомяк, указывая на фасад здания, хорошо всем знакомого по учебникам истории.

Всё сооружение, включая и стены, окружающие мемориальный ансамбль, казалось, корчилось и пульсировало, становясь то яснее, то туманнее. Сами камни словно входили-выходили из фокуса, будто никак не могли решить, к какому из миров принадлежат.

— Это междуворот, — заключил Милос. Он даже не пытался скрыть своего отвращения.

— Ты же не думаешь, што они там? — вопросил Лосяра.

— Как же, так я тебе и пошёл в этот проклятый междуворот! — заявил один из тех послесветов, которые с самого начала не доверяли Милосу. — Никто не знает, что он может с тобой сотворить!

— Не пойдёшь — тогда я сделаю с тобой такое, что ни одному междувороту не снилось, — пригрозил Милос.

Они пересекли площадь и вступили в главное здание — каменную церковь со множеством арочных перекрытий и железных канделябров, называемую обычно просто Святилищем. Пол под их ногами то подавался, то вновь затвердевал. Очень странное ощущение.

— И зачем мы только сюда припёрлись... — заныл всё тот же сомневающийся.

Была уже середина дня, и, на вкус Милоса, здесь разгуливало слишком много туристов.