Мир обретённый

Джикс чуть не улыбнулся — хитрость удалась на славу! — но продолжал сохранять мрачную и устрашающую мину, неумолимым взором пригвождая к месту каждого из Кошмаров.

— Теперь все вы становитесь подданными его превосходительства, Великого Короля Срединного Царства.

— Кого? Короля чего?

— Молчать! — гаркнула Джил, явственно наслаждаясь каждой секундой этой комедии.

— Значит... — пролепетал Малыш Ричард, — есть не только боги-ягуары, но и король?

— Да, — подтвердил Джикс. — Но некоторым будет оказана милость. Тем, кто будет послушен и.

— Какие ещё дары? — недоумевал Колотун.

— Девушка в стеклянном гробу, — ответил Джикс. — Она станет вашим даром королю.

Он замолчал и застыл в ожидании их реакции.

Кошмарам предстояло принять очень трудное решение. Сколько себя помнили, они всегда служили Вурлитцеру. Весь смысл их существования состоял в том, чтобы грабить других послесветов и слушать, что говорит Вурлитцер. Но ведь Вурлитцер не двигался, не исчезал и никому не угрожал, как этот сын богов-ягуаров.

Колотун оглянулся по сторонам, оценивая реакцию Кошмаров на ультиматум. Никто не встал на защиту Вурлитцера. Колотун, говорящий теперь от имени всех, принял решение. Он повернулся к Джил:

— Что мы должны делать?

* * *Как только Джикс отдал распоряжения, Кошмары незамедлительно приступили к делу.

Первым делом надо было вынести Вурлитцера из общего помещения. Джикс приказал поставить его в кладовку, заваленную старыми сёдлами. Колотун, отчасти раскаивающийся в том, как он обращался с Джиксом, возглавил команду носильщиков, и за считанные минуты машина из бога превратилась в хлам.

— Знаешь, за всё это время проклятый автомат не сыграл ни одной из моих любимых песен, — сказал Колотун, после того как Вурлитцер переехал на новую квартиру.

Джикс надеялся, что в отношении Вурлитцера оправдается старая пословица: с глаз долой — из сердца вон. Так оно и случилось: Кошмары принялись стирать с физиономий светящуюся боевую раскраску, и юноша-ягуар понял, что машина окончательно побеждена.

— Мы уходим отсюда! — объявил он своим солдатам.