Мир-о-творец

Он ведь пообещал богатые раздачи земли на востоке. В случае взятия Москвы. А потому магнаты литовские очень охотно включились, равно как и рядовые помещики, в том числе самые бедные. Да и кое-кто из поляков подключился…

Глава 2

1560 год, 14 мая, Москва

Чистое голубое небо.

Солнышко.

Тепло.

Погода была прекрасной. А в сочетании с легким ветерком, который не холодил, а освежал и не давал излишней духоты, так и вообще – волшебной.

Марфа вышла на крыльцо и, глубоко вдохнув воздух, огляделась.

Толчея. Впрочем, как и обычно в кремле в это время.

По приказу Царя ее муж, еще когда был воеводой Тулы, приобрел здесь, в кремле, небольшую резиденцию – подворье. Чтобы было где остановиться. Но он его мало касался. Только минимально облагородил в плане внутренней отделки, гигиены, вентиляции и отопления. Дабы не страдать при визитах.

Да и то – минимально.

Из необходимости.

И, прибыв по настойчивому приглашению Иоанна Васильевича, Марфа остановилась именно здесь. И три дня отдыхала после не очень долгой дороги.

Детей она с собой не брала, сославшись на их дурное самочувствие. Хотя Царь настаивал. Очень. Но она не решилась. В столь сложной ситуации в ней пробудилась паранойя и она опасалась оказаться у Государя в заложниках вместе с малышами.

Да и попытки убийства тут, в Москве, могли оказаться много успешнее. Ведь в Туле безопасность по меркам XVI века была поставлена на высочайшем уровне. В радиусе ста-ста пятидесяти километров от города даже разбойников не представлялось возможность встретить.

А тут – бардак.

Царь какие-то выводы, конечно, сделал из попытки покушения. Но не те, не так и не в том объеме. Тем более, что сам город представлял собой очень опасный курятник. Построенный без всякого порядка он не имел никаких внятных механизмов контроля и управления. Даже уже внедренных в практически полностью каменной Туле пожарных служб, несмотря на то, что все еще оставался почти полностью деревянным. Из-за чего можно было попасть в страшный пожар вроде того, какой случилась в первые годы правления Царя.

Так или иначе, но Марфа не решилась вести в Москву детей.

Сама же прибыла.

И вот теперь оказалась приглашена на прием.