Мир-о-творец

Он отступил на несколько шагов. И, споткнувшись, упал, уронив серебряный кувшин.

– Вот бестолочь, – с досадой произнес хан, глядя на вкусный кумыс, что разливался по каменным плитам.

Слуга же продолжал отползать.

«Странно», – пронеслось у него в голове.

В глазах слуги читался не просто страх, а ужас. Он словно смерть свою увидел. Хотя хан раньше никогда его не обижал. Да и вообще был достаточно лоялен к своим ближним слугам.

Давлет хотел было уже отпить свежего кумыса, но… замер…

Взгляд сына.

Он выдавал его с головой.

– Ой… пролился…

Но дальше все пошло не так, как ожидал Давлет.

Спутники сына откинули полы халатов. И выхватили висящие там тяжелые рейтпистоли.

Секунда.

Они их взвели.

И сразу почти что слитный залп.

В упор.

Шагов с десяти.

Отчего личная охрана хана опала. Бахтерец не держал пулю рейтпистоля. Во всяком случае – в упор.

Мехмед же подошел ближе. В его руках также лежали эти тяжелые пистолеты.

– Сынок… – тихо прошептал Давлет.

– Надо было тебе пить кумыс. Просто бы тихо заснул.

– Что ты делаешь?!

– Степь уважает только силу, отец. Видит Аллах – я пытался тебя уговорить. Но ты не хотел меня слышать…

С этими словами он навел на отца пистоль и хладнокровно нажал на спусковые крючки. Сначала из одного «ствола», а потом, из второго, добивая бьющегося в агонии хана. Бывшего хана…

* * *Баязид Сулейманович переводил взгляд с одного открытого сундучка на другой.

Пальцы последнего наследника Султана Сулеймана подрагивали от возбуждения. Этих денег вполне хватало, чтобы собрать большое войско и попытаться отбить старые владения отца. Хотя бы их часть…

– Мой Султан понимает твою скорбь, – произнес уже немолодой мамлюк. – И надеется, что эта скромная помощь поможет тебе освободить от неверных владения своего отца. Мы, правоверные, должны помогать друг другу.

Баязид едва сдержался от усмешки.

"Он прекрасно знал о планах Андрея завоевать Египет, чтобы восстановить там судоходный канал в Красное море. Мамлюки, видимо, тоже о том были осведомлены. А успехи новой волны крестоносцев, осадивших Иерусалим, намекал на то, что все угрозы нового Императора Рима совсем не так призрачны, как кому-то хотелось бы подумать.

– Если Андреас вернется, то… вряд ли я устою. Вы сами с ним сталкивались в бою и знаете – он силен.

– Очень силен.