Мир-о-творец

Мне говорили, что вы оторвали своей последней королеве голову. Как я могу отпустить сына в такое опасное место?

– Убийцы иногда достигают своих целей… – развел руками Френсис.

– Как будто тут убийц нет. – фыркнула она.

– Мы гарантируем его полную безопасность.

– Нет. – все также твердо произнесла Марфа.

– Но…

– Что «но»? Что вам не понятно в слове «нет»?

– Только ваш сын может спасти нашу страну от разорения. – произнес патриарх Англии, бывший совсем недавно архиепископом Кентерберийским. – Мы молим тебя о милости.

– И просим тебя сопровождать сына. И быть при нем регентом.

– А почему вы просите меня? Я замужняя женщина.

– Мы не ведаем, где находится твой муж.

– Разве это мои проблемы? – повела она бровью.

– Но…

– Я собираюсь в скором времени ехать в Смоленск, чтобы там встретится с ним. Вы можете поехать со мной. Обнадеживать вас я не буду. Вряд ли Император уступит вам.

– Мы…

– На этом все. – перебила их Марфа. – Я очень устала с дороги и приняла вас сегодня только из вежливости.

– Мы хотели бы поднести тебе дары."

"– Это очень мило. Но завтра. Очень устала.

Она кивнула.

И послы были вынуждены покинуть приемные покои.

– Как она тебе? – тихо спросил патриарх Англии Уолсингема.

– Еще более дикая, чем я думал. Шторм. Стихия.

– Думаешь, уговорим?

– Ее? Нет. А вот мужа – может быть. Заметили, как она выругалась?

– Дочь Гийома?

– Она самая.

– Интересно, почему она не хочет?

– А почему она должна хотеть? – повел бровью Уолсингем.

– Если она дочь Гийома, то разве мы ей чужие?

– Он Англию вообще-то завоевал. – улыбнулся Френсис. – И нашего языка никогда не знал. Да и она, судя по всему, на территории Англии не бывала. Ее после гибели Гаральда отдали замуж за Всеслава. Прямо из Нормандии отправили.

– Мы должны ее уговорить. Ты ведь сможешь.

– Я смогу… наверное… – согласился Уолсингем. – Но разве нам это нужно? Вы хотите ТАКУЮ королеву? Она ведь всех нас прижмет к ногтю и будет править самостийно. Не удивлюсь, если эта особа и Хартию вольностей отменит.

– А может нам такую и нужно?

– А если нет?

– А если да? Не забывай – Англия проклята.

– Я не слишком сведущ в богословии, – улыбнувшись ответил Уолсингем.