Мир-о-творец

Кстати, именно купцы вынудили запустить Андрея еще одну мастерскую, для выпуска более крупной торговой монеты – кроны – аналога германского талера. Номинал составлял пять денар либо пятьдесят копеек. И для Руси крона выступала инструмент для облегчения сделок в крупном опте.

Их выпускали заметно меньше.

Но спрос все равно имелся. И хотя бы по пятьсот-шестьсот монет ежедневно мастерская делала.

В перспективе требовалось выпускать также копейки да прочую мелюзгу, но тут уже Андрей не успел довести технологию до ума.

Плюс особняком стоял вопрос изготовления розничных монет. Медных. Без которых также очень сильно страдал рынок. Но их он не касался совершенно. Руки просто не дошли. Никак. Ни на деле, ни в мыслях.

Золото у Андрея также имелось. Но выпуск золотых монет он пока не считал нужным производить. Накапливая золотой запас для других задач. Да и кроны за глаза хватало для удобства крупных сделок. Во всяком случае – пока.

Ну да не суть."

"Главное – монетное дело Шатского графства мало-мало развивалось и выплескивалось далеко за его пределы.

Особенно ценились эти денары да кроны ключевых торговых городах державы. В Новгороде, Холмогорах, Хаджи-Тархане и Азове. Новгород из-за войны, конечно, просел. Но купцы новгородские очень активно вели дела в других локациях. Особенно на севере. И там крупная торговая монета стабильного качества очень помогала решать финансовые вопросы…

Марфа, вернувшись в Прохоров, первым делом со всем радением осмотрела эти мастерские. Брак или недовес мог стать страшным ударом по репутации.

Поэтому время от времени она выборочно проверяла монеты. Помимо многочисленного перекрестного контроля внутри. Да и вообще – не давала расслабиться.

Потом ее ждала цитадель.

Ее уже перестроили.

По уже привычному образцу – в виде своеобразного башенного замка в японском стиле. С небольшим внутренним закрытым двором.

– Госпожа, – поклонился комендант.

– Детей разместил?

– Конечно.

– Бухгалтерию мне.

– Слушаюсь, – кивнул он и исчез, бросившись выполнять поручение.

– Сильвио тут?

– Да, моя госпожа, – вынырнул он из-за угла…

Глава 2

1560 год, 3 июля, окрестности Прохорова

Марфа сидела на лавке, что располагалась ближе всего к носовой оконечности тульского ушкуя. И всматривалась вдаль. Само собой, ее речной кораблик шел не первым. Опережая его на десяток корпусов впереди шел передовой дозор. Да сзади третье плавсредство не отставало. Посему она чувствовала себя в целом довольно спокойно. Ее люди знали свое дело. Крепко знали.