Мир Аматорио. Соблазн

Кого я обманываю? Мне понравился его поцелуй. Как и нравится сам Десмонд. Но кроме взаимного влечения у нас нет будущего. Мне нужно держаться от него подальше и не тешить себя пустыми надеждами.

— Кристиана, скажи, что именно тебе не понравилось, — издевательски продолжает требовать Десмонд. — Может быть, тебе не понравился тот момент, когда ты стонала подо мной? Или это была моя разыгравшаяся фантазия? Или тебе так не понравилось, что ты решила оставить засос?

Только сейчас я замечаю под воротником его белоснежной рубашки явное доказательство своей лжи.

Я украдкой кошусь на выход с террасы. Если я сейчас убегу, то это будет автоматическим признанием поражения и собственного вранья. А если я останусь, то Десмонд в два счета раскусит мой обман. Я в ловушке.

Я открываю рот, чтобы повторить, что мне ничего не понравилось, но зачем-то смотрю на губы Десмонда. Нет, я больше не в состоянии лгать. Но и не собираюсь во всем признаваться. Поэтому я выбираю тактику неполноценной правды.

— Кое-что мне понравилось, я не скрываю этого, — дрогнувшим голосом произношу я, стараясь изобразить равнодушный вид. — Но в основном все было посредственно.

— Все было посредственно? — прищурившись, переспрашивает Десмонд, и я слабо киваю.

Несколько минут мы смотрим друг на друга в немой атаке, и я ищу в себе остатки воли, чтобы продолжить.

— Только пожалуйста, не нужно за мной бегать и доказывать, что ты лучше других мужчин.

Мои веки наливаются тяжестью, и я прикрываю глаза, внутренне молясь, чтобы моя ложь не вызвала обратный эффект, и Десмонд не станет мне доказывать, что он лучше всех.

Я не была ни с кем близка, как с ним. Но мне не требуется сравнений. Десмонд лучший. И если он сейчас решит мне это продемонстрировать, тогда я точно по всем фронтам потерплю поражение.

«Пожалуйста, не приближайся ко мне!» — мысленно прошу я и стараюсь произнести вслух, как можно хладнокровнее:

— Тебе не удалось меня впечатлить.

Возвращаю ему пиджак и приподнимаюсь, пытаясь убежать от него и своей лжи. Но Десмонд хватает меня за руку, возвращая на место рядом с собой. После чего наклоняется, окончательно убивая пространство между нами, и я оказываюсь еще ближе к нему, к его твердой теплой груди, скрывающейся под тканью рубашки.