Минус на минус

Растрепанный, в полосатой рубашке с закатанными рукавами, голубом передничке и с большим груженым подносом в руках.

– Проснулась, Евочка? – улыбнулся он и взгромоздил свою ношу на тумбочку. – А я омлетик сделал со свежевыжатым морковным соком. Будешь?

– Э… – опешила я. – Ты умеешь готовить?!

– Конечно! – аж оскорбился братец. – Тем более пока Егора нет, я в доме за старшего!

– А я не стала его переубеждать, – шепнула Полина мне на ухо, – что он сейчас не за старшего, а за Золушку. Богдан с таким рвением занялся домашними работами, прямо любовалась бы и любовалась! Посуду убрал, на кухне пропылесосил, мои травки рассортировал, мензурки перемыл…

– Короче, ты его припахала? – догадливо фыркнула я.

– Грех было не воспользоваться шансом! – тихонько объяснилась готесса. Я вздохнула и снова переключила внимание на Богдана, расставляющего приборы на маленьком переносном столике.

– А ты почему не в университете? – спросила наконец.

– Да ты что, Ева?! – возмутился Богдан. Причем настолько похоже на то, как это делала Полина еще минуту назад, что я просто не удержалась от улыбки.

И переставил столик на кровать, бросив при этом такой выразительный взгляд на готессу, что я сразу «поверила»: да, он остался в особняке исключительно из-за моей скромной персоны.

– А хоть кто-то в этом доме сегодня ушел по делам?

– Да, разумеется! – кивнул Богдан. – Алекс в школе.

И злобно оскалился, словно вспоминая, каких усилий ему стоило отправить на занятия младшего брата.

– Угу, – догадливо кивнула я, с удивлением ловя себя на мысли, что настроение заметно ухудшилось. Почему?! В кои-то веки моего мучителя нет рядом, а мне грустно?!

Я мотнула головой и отправила в рот большой кусок ветчины. Наверное, это из-за болезни организм решил потосковать. Вот выздоровею окончательно – и все уныние как рукой снимет. А пока…

Кажется, я уже достаточно хорошо себя чувствовала, чтобы придумать братцу достойную месть.

– Полинка, можно с тобой посоветоваться? – спросила, по оленьи хлопая глазами, чтобы братец случайно не увидел в них хищного блеска и не решил уточнить причину его появления. – О нашем, о женском.

– Все-все-все! – поднял руки Богдан. – Намек понял, ухожу.

– Вот умничка! – похвалила Полина.