Минус на минус

Но нет, куда там! Это ведь будет так не по-соколовски: избавить от неприятностей чужую голову! Егорушка скривился, закусил губу и выдал пантомиму «глаза побитого мопса». Щенка. О трех ногах. Голодного и попавшего под ливень. То есть эдакий собирательный образ измученного жизнью несчастного субъекта, глядя на которого просто невозможно не пожалеть и не помочь. И, знаете, что забавно: ежу ведь понятно, что он притворяется! Но сострадательная совесть при этом громко хохочет и не просто жует душу, а буквально обгладывает ее, как голодный каннибал безропотную жертву!

Вот только сегодня Егору не повезло.

– Егорушка, у тебя что, сестра появилась, чтобы лишних баб отгонять?

– Да ты просто не знаешь, какая она! – горячо возразил Соколов. Образ щенка рассыпался в пыль.

– Она что, настолько страшная?

Ну, мало ли… бывают же женщины, просыпаясь рядом с которыми руку хочется себе отгрызть, только чтобы удрать по-тихому. На себе, к счастью, проверить не довелось, но анекдотов на эту тему встречала немало!

– Нет, – помотал головой Егор. – Она не страшная.

– Тогда что, надоедливая?

– Да не сказал бы…

– Скучная?

– О нет! – как-то совершенно по-особенному улыбнулся братец.

«Тогда что тебя не устраивает?!» – уже почти возопила я, но в этот момент дверь комнаты Егора отворилась, и слова застряли у меня в горле.

Оттуда вышла нимфа. Ну не настоящая, конечно, но очень похожая! Настолько, что мне захотелось сесть и расплакаться от собственной ущербности. Я такой безупречной красоты в жизни не встречала: белокурые, чуть вьющиеся локоны, бархатная кожа, огромные бирюзовые глаза в обрамлении длиннющих ресниц.

«Ты что, дебил?»

Правда, он этого не заметил, потому что тоже во все глаза таращился на плывущую к нам красотку. Я непонимающе изогнула бровь: странная реакция от того, кто только что просил выпроводить ее из дома.