Миля над землей

 – Ты готова показать мне, на что еще способен этот рот?

Наши тела не могли бы быть ближе. Я вжимаюсь в него бедрами, а его грудь прижимается к моей спине, в то время как музыка продолжает заполнять зал. Впервые с тех пор, как я познакомилась с Зандерсом, толпа людей, которые окружают его, постоянно требуя его внимания, меня не беспокоит. Потому что сегодня вечером его внимание сосредоточено исключительно на мне.

– Стиви, милая, – снова шепчет Зандерс. – Если мы сейчас же не уйдем, все закончится тем, что я возьму тебя в темном углу этого бара, а я хочу, чтобы ты была в моей постели.

Я уверенно киваю головой, мои глаза все еще прикованы к выступающей группе.

– Тогда пойдем. – Он настойчиво берет меня за руку, и мы, покинув переполненный зал, идем в его отель.

16. Стиви"

"Зандерс держит меня за руку, по сути, затаскивая в вестибюль отеля. Он идет широкими и быстрыми шагами, он так же, как и я, стремится поскорее добраться до номера.

– Вот черт, – тихо ругается он себе под нос, притягивая меня ближе, чтобы я встала за колонну рядом с ним, спрятавшись от посторонних взглядов.

Меня захлестывает волна адреналина, как будто я и так недостаточно возбуждена. При этом я благодарна Зандерсу: несмотря на то что это всего лишь секс на одну ночь для нас обоих, у него хватает порядочности позаботиться о том, чтобы я не потеряла из-за этого работу.

Главные двери открываются и закрываются, и Зандерс оглядывается через плечо на пустой вестибюль.

Он набирает номер своего этажа и отчаянно жмет на кнопку, чтобы закрыть двери, все это время продолжая выглядывать в вестибюль. Как только металлические двери смыкаются, он поворачивается ко мне, и в его карих глазах я вижу желание.

Он делает спокойный, но уверенный шаг мне навстречу, а я вцепляюсь в поручни, надеясь, что они удержат меня в вертикальном положении, потому что, судя по тому, как он выглядит, направляясь ко мне, я бы предположила, что мои колени вот-вот подкосятся от его опасного взгляда.

– Знаешь, Стиви. – Зандерс зажимает меня в углу лифта, слегка наклоняет голову, и его теплые губы замирают в нескольких сантиметрах над моими. – Если бы ты не была такой упрямой той ночью в Нэшвилле, я бы уже мог тебя поцеловать.