Милая плутовка

Ее мужа лишь слегка позабавило то, что его сын следует по его стопам… Появляется еще один ловелас на беду всей женской половине человечества."

"Наряду со смущением из-за своей непрезентабельной одежды это явилось причиной язвительной реплики Джорджины:

— Он совсем не похож на тебя, Джеймс. Скорее он похож на твоего брата. — И, задиристо подняв бровь, она добавила: — Ты уверен, что он твой сын?

— Я понимаю, ты имеешь основания для раздражения, любовь моя, но не выплескивай его на парнишку.

Джеймс произнес это в своей обычной уверенной манере, полагая, что Джорджина устыдится своих слов.

Однако это, наоборот, лишь подлило масла в огонь. К сожалению, Джеймс этого не заметил.

— Джереми, — обратился Джеймс к сыну, — познакомься с Джордж…

— Его женой, — с сарказмом вставила она, испытывая при этом величайшее удовлетворение, ибо была уверена, что Джеймс ни за что не произнес бы этого слова. И затем невинно добавила: — Ах да, я забыла, что должна исключить это слово из своего лексикона. И поэтому я должна назвать себя…

— Джордж!

Она сделала круглые глаза, но вовсе не потому, что на нее подействовал отчаянный окрик Джеймса.

Однако в лице Джереми явно вспыхнул интерес, он сделал к ней шаг, хотя с вопросом обратился к отцу:

— Жена? Так это женщина?

— О да, настоящая женщина, — раздраженно сказал Джеймс.

В мгновение ока Джереми сдернул с Джорджины кепку.

— О, я тебе скажу, — по-мужски восхитился он густыми черными волосами, которые упали ей на плечи. — Я могу поцеловать свою мачеху?

— Но только не так, как тебе нравится это делать, щенок, — сурово сказал Джеймс.

— А почему он не удивляется? — не сдержала любопытства Джорджина.

— Потому что не верит ни одному сказанному слову, — объяснил Джеймс.

Представляя себе будущую встречу с членами семьи Джеймса, Джорджина строила различные предположения, но до элементарного недоверия с их стороны не додумалась. Парень считал, что его разыгрывают. И в этот момент ей хотелось, чтобы так оно и было.

— Все это очень мило, — возмущенно проговорила Джорджина.

 — Мне глубоко наплевать, что обо всем этом думает твоя семья, Джеймс Мэлори, но до тех пор, пока они не поверят в то, что я твоя жена, я буду спать одна. — И, сверкая глазами, сказала дворецкому: — Покажите мне комнату, которая находится подальше от его спальни.

— Как пожелаете, миледи, — невозмутимым тоном проговорил дворецкий.

Похоже, обращение уязвило ее до глубины души, и она высокомерно сказала:

— Я не миледи, мой милый! Я американка.