Метро до Африки

Я отметила, что она не слишком уверена в себе, и решила не выпускать птичку из когтей.

– Я работаю в милиции, соседи сообщили, что в квартиру Моргаловой влез вор. Ходит у них над головой, шумит, включил радио…

Сказав последнюю фразу, я замолчала. Грабители, как правило, пытаются сохранять тишину. И потом, ну каким образом преступник может топать у кого-то над головой, ведь Юля живет на первом этаже!

– Секундочку… – сказала женщина, бросила тряпку на пол, достала из висевшей на вешалке сумочки паспорт и протянула мне выписку из домовой книги, где значилось:

«Маргарита Михайловна Изотова, Кирсарская, дом один…»

Значит, не украсив косяк бумажкой с печатью, милиция не допустила халатности – нельзя опечатывать квартиру, если в ней прописаны люди.

– Понимаю изумление соседей, – говорила тем временем женщина. – В пустой, как они полагали, квартире шаги… Меня здесь никто не знает, но тем не менее я нахожусь тут на законном основании.

– Давно вы уехали из этой квартиры? – спросила я.

– Я практически никогда здесь не жила.

– Но прописаны!

– Да, так порой случается, – кивнула Маргарита. – Мама вышла замуж за Андрона, и я была прописана тут вместе с Леокадией.

Я без приглашения вошла в прихожую и опустилась на табуретку.

– Вы дочь Леокадии Бланк?

Маргарита скорчила гримасу.

– Можно и так считать.

– Так дочь или нет? – настаивала я.

– Трудный вопрос, – пробормотала Изотова.

– Элементарный, – пожала я плечами, – родителей, я имею в виду биологических, бывает двое, отец и мать.

– Родила меня Леокадия, – сухо ответила Маргарита, – а через некоторое время она отказалась от ребенка, променяла меня на мужа.

– Это как?

– Очень просто, это весьма частая ситуация, – с горечью заявила Маргарита, – родят от одного мужчины, разойдутся с ним, за другого выскочат, а у того свое дитятко под боком. Неохота двоих тащить, одного бросают. Угадайте, кого выкинут? Кто в семье хозяин, тот со своей кровиночкой и останется.

– Нет, – ответила я.

Маргарита сложила руки на груди.

– Я была маленькая, подробностей не знаю, родного отца не помню, да и маму тоже смутно, лица не опишу, только фигуру – высокая, прямо под потолок, волосы рыжие, густые… Вроде я тут жила некоторое время, потом Леокадия меня Марфе отдала, но по документам я здесь числюсь.

– Как же вас в школу взяли? – изумилась я.