Между Ангелом и Бесом

Обычно я избегала общения с такими парнями, считая их павлинами, но в Левоне было что-то особенное.

Эта легкость и напыщенность всего лишь маска, скрывающая его настоящего. А вот понять какой он — дело было нелегкое.

— Ты сказал, что давно хотел увидеть дочь Луки и Алисы. Почему? — оборачиваюсь к нему всем телом, откидывая волосы назад, накручивая их на палец. Машинальное действие, привычка с детства. Могу делать часами, не замечая этого. Глаза Левона скользят вслед за пальцем, не упуская ни одной детали. Смотрит жадно.

— Просто было интересно, как выглядит сестра Беса, такая же неуравновешенная и бесноватая, как он? — он словно бросает мне вызов всем своим видом. Не могу объяснить, но чувствую, что он испытывает к моему брату лёгкую неприязнь, может быть даже ненавидит его.

— И как первое впечатление?

— Все же лучше, чем он… — я игриво толкаю его в плечо кулаком, делая вид, что меня обижают его слова. Хотя на самом деле мне искренне смешно, да и видно, что Левон шутит. Мне не хотелось бы быть похожей на Макса.

Эта мысль портит мне настроение, напоминает о тяжелой реальности.

— А что случилось между тобой и моим братом, что ты так не любишь его. Обычно он само очарование, все души в нем не чают.

— Он не в моем вкусе. Я люблю блондинок. — Левон морщит лоб и убирает прядь волос за ухо с сережкой.

— А если серьезно?

— Обычная здоровая, мужская конкуренция. Мы с ним в юности девушку не поделили.

— Это не Селену ли? — у меня сразу же становится скрипучий голос, самой противно. Что же происходит со мной?

— А ты догадливая. — Левон щёлкает меня по носу. Немного позабытая ревность снова начинает копошиться внутри меня. Ее пострел, я смотрю, везде поспел. — На самом деле, дело не в Селене. Бес просто слишком самоуверенный. Строит из себя царя медной горы, хотя без твоего отца и гроша ломаного не стоит.

— Не смей. — глухо говорю я, непроизвольно сжимая кулаки. — О моем брате плохо говорить даже не смей.

Уголки губ Левона расплываются шире, обнажает его белоснежные зубы. Он тут же превращается в милого мальчишку и становится невозможно на него злиться. Он излучает такую солнечную энергию. В лучах его очарования мне становится жарко.

— Да ладно.