Между Ангелом и Бесом

"

"За мной никто так и не погнался, и тогда я оказался на улице незнакомого города, где говорили на непонятном мне языке. Я был совсем один. В этом городе никто не обращал внимания на маленького мальчика, который залазил в заброшенные дома, чтобы переночевать. Люди не отказывали в куске хлеба, чтобы его накормить.

Так прошла неделя.

Потом меня поймал Майкл, оттащил в дом к родителям. Видимо они надеялись, что я испугаюсь и буду согласен на все. Он так и не сказал мне и слова. Просто привёз матери. В тот день я впервые увидел свою семью такой, какая она есть.

Папа был забит на кухне, не смел даже выходить, потому что он сильно боялся моего биологического отца, не говорил при нем. Его немного трясло и лицо стало серого цвета, он будто земли наелся. А Мама ходила в зале из стороны в сторону, гневно посматривая на меня. Они все нервничали.

— Макс не переживет перелёт, его состояние резко ухудшилось. — говорила она Майклу, не замечая моего присутствия. — Операцию нужно было делать тогда.

— Можно потребовать спецрейс для мальчиков, сегодня пребывает самолёт Гроссерия, он не откажет в помощи умирающему ребёнку. — Майкл закурил. А я сразу узнал имя того, о ком так часто думал. — Я знаю человека, который сможет договориться. Вас сначала спрячем, а потом вывезем с бортом медицинской помощи.

— Не получится. — говорит она, откидывая волосы. — Они могут прийти за Андрюшей в любой момент. Ты же сам понимаешь.

— До сих пор не понимаю, зачем ты замуж за него вышла.

— А за кого мне было нужно выходить замуж? За тебя? — шепотом переспрашивает она. — На тебе же обед безбрачия, солдафон ты, вот ты кто. Тебе кроме войны ничего не нужно. Ты любить даже не умеешь. А он меня любит. И Макса любит. И я их, самое главное, люблю…

— Ага, идеальное, блин, семейство. — фыркает он в ответ. — За детей договариваться?

— Да.

Майкл встаёт, бросает на меня тяжелый взгляд и направляется к выходу.

Стоило ему уйти, как в дом пришли люди. Они как будто ждали, когда уйдёт Майкл. Их было шестеро и им было что-то нужно от отца. Все в чёрной форме, они не скрывали лица.