Между Ангелом и Бесом

Сегодня Дьявол прижмёт кокушки приемного сына.

— Дай её мне. Я отвезу ее в больницу. — Майлз подходит в плотную к Максу, вытягивая руки вперёд, чтобы принять крестницу.

Бес наоборот сильнее прижимает к себе девчонку. От него не укрывается, что вокруг него собралось плотное кольцо. Лука практически держит его на мушке. Даже я не понимаю, что происходит.

— я сам отвезу ее. — он говорит Луке, глядя в глаза. Между ними завязывается борьба без слов. Нечто неуловимое повисает в воздухе. — Поговорим после.

— Нет. Сейчас. Майлз отвезет Алёну. Не заставляй меня применять силу.

Видно, как Бес делает над собой усилие. После чего послушно передаёт Алёну Майлзу. Вид у него немного потерянный. Вся белая футболка в пятнах крови, он в ней купался?

— Руки вперёд. Вытянутыми. Ладонями к верху. — командует Лука, и Макс подчиняется. Пару секунд и на его руках оказываются наручники. Любое не верное движение и Беса долбанет током. — Левон, отвези его в камеру.

Я зависаю. Ослышался.

Макс же напротив. Даже не удивлён.

— Я займусь им после того, как буду уверен, что с дочерью все в порядке.

***Хищник запертый в клетке пугает. Он лишь для виду притихает, чтобы выждать момент.

Макс не говорит ни слова. Лишь обещает мне взглядом смерть. Трудно будет простить такое унижение.

Лука приезжает только под утро. Он намеренно не спешил, хотел заставить Макса посидеть в серой камере. Дьявол даже успел переодеться.

— Ты действительно веришь, что это может быть он? — задаюсь этим вопросом уже час. Не могу поверить, чтобы Макс Гроссерия может оказаться связан со всеми этими покушениями. Или Лука наказывает его за кровопролитие?

Ни один я пребываю в шоке.

— Это семейное дело. Выйди. — грубо обрывает он, прогоняя меня. Я удаляюсь, выхожу из подвала, не закрывая до конца дверь. Подслушивать не буду, как бы не хотелось.

Бес делает вид, что спит, лежа на кровати, закинув руки за голову. Челюсти крепко стиснуты. Стоит только догадываться, что в его голове."

"Лука заходит внутрь, ставя стул рядом с ним, усаживаясь на него и всматриваясь в лицо сына. Знакомые черты лица, шрамы. Все такое родное и знакомое.