Метод подчинения

Разве я могла поступить по-другому?

Конечно, могла.

Но не поступила.

Потому что гордость.

Потому что глупость.

Потому что наивность.

Потому что люблю.

Если б не любила, осталась.

Просто ради секса.

Ради ощущений.

А так…

Видеть его равнодушие больнее, чем резать себя по живому.

Страшнее, чем умереть.

Лучше сохранить в памяти.

Его одержимость.

Пусть ненадолго.

Но искреннюю.

Чем потом умирать от ожидания и неизвестности. Недосказанности.

От ледяной стали в голосе и взгляде.

Андрей тактично молчит всю дорогу.

Помогает донести вещи до маминой квартиры.

Вежливо прощается.

С его уходом теряю последнюю ниточку, связывающую нас с Сергеем.

И, как только мама открывает дверь, бросаюсь к ней в объятия с горькими слезами.

Плакса.

Как он сказал.

Пошёл к чёрту.

Блин…

И ненавидеть не могу ведь больше…

- Мамочка, мне так плохо…

Скулю родному человеку в плечо, ощущая себя жалкой и беспомощной.

Но она так крепко прижимает меня к себе, что даже непривычно и удивительно.

- Пойдём, милая. – Целует в волосы. – Пойдём. Расскажешь всё.

Глава 33

В молодости я думал, что смогу всё.

В смысле, что все дороги передо мной открыты и любые цели по плечу. Стоит только действительно захотеть.

Во мне было столько неуёмной энергии, подкрепляемой любовью и заботой родителей, поддержкой друзей и собственными амбициями, что хватило бы на три жизни.

А в один прекрасный день, между тренировкой по боксу и очередной вечеринкой, ко мне пришла девочка.

Домой ко мне пришла.

И заявила, что беременна.

От меня.

Мне было девятнадцать.

Сначала, конечно, опешил.

Слов не было, чтобы ей что-то ответить.

А потом…

Пиздец.

Мой мир перевернулся с ног на голову.

Золотой мальчик, не знающий нужды, имеющий авторитет в кругу друзей и знакомых, вдруг оказался один на один с пресловутыми житейскими проблемами.

Родители от меня отвернулись.

Сначала выставили ультиматум.

«Аборт и светлое будущее» либо «ребёнок и «гребись, как хочешь»»…

Девчонка была из обычной семьи.

Скромная такая.

Я помнил её. И наш секс.

Я у неё не первый был.

Второй, бля…

И сразу залёт.

Она плакала. Говорила, не знает, что делать.

И я впервые почувствовал ответственность не за себя, а за другого человека.

Чёрт знает почему, мы решили оставить ребёнка.

Хрен сейчас разберёт, какими мотивами я тогда руководствовался.

Возможно, захотел самостоятельной жизни.

Без контроля свыше.

Сам решать. Чего хочу в жизни.