Метка драконов. Княжеский отбор

Поскольку, похоже, у самого Никлауса запал никуда не пропал, судя по все еще отчетливо видимому бугру в штанах и оковам из черной кожи, которые он вертел в руках.

— Никлаус?

Мой мужчина хищно улыбнулся, из-за чего я снова сглотнула, а игривое желание сбежать, скрыться с глаз опасного хищника очень даже появилось. Но я не была глупой. Если сбегу, догонит. И… кто знает, что будет. Особенно если учитывать разные приспособления на столике. Кнут, например.

Взволнованно выдохнула.

Муж решил закончить непонятную, но, похоже, крайне любопытную игру, научив меня новому сексуальному опыту.

Кто я такая, чтобы ему отказывать? Особенно когда самой очень этого хочется. Только жаль, что близнецов с нами нет.

— Что же ты хочешь сделать, Никлаус? — тихо уточнила я, медленно, очень медленно, забираясь обратно на кровать под цепким взглядом мужчины, отслеживающим каждое мое движение.

— Ты хочешь знать, что я хочу с тобой сделать? — негромко, тягуче уточнил он, кинул быстрый взгляд на столик и задумчиво куснул губу.

— Хотелось бы. Но сначала ответь мне, любимый муж, я надеюсь на этих простынях…

У Никлауса от удивление вытянулось лицо. Он недоуменно выгнул бровь, а затем хмыкнул, покачав головой.

— За это можешь не переживать, — он с легкой улыбкой на губах, прищурился, задумчиво рассматривая меня.

— А за что мне переживать? — не скрывая выдоха облегчения, тихо спросила, отодвигаясь немного назад.

Его вишневые глаза потемнели и таинственно вспыхнули.

— Для начала, я поцелую тебя, — хриплым шепотом доверительно произнес он, присаживаясь передо мной на корточки, так, что его лицо оказалось на уровне моих глаз. Не мешкая он наклонился, сначала мягко целуя чуть приоткрытые губы, затем углубляя, распаляя, вторгаясь в мой рот своим языком, словно захватывая и так вверенные ему территории.

Я выдохнула в его рот, с тихим стоном наклонилась вперед, в желании коснуться широких плеч, вцепиться в них, ощутить твердость и близость мужа. Но мне не позволили. Осторожно, но непреклонно Клаус перехватил мои руки за запястья, миг и легкий щелчок ― и их оплетают кожаные оковы, оказавшиеся удивительно мягкими, не ранящими нежную кожу.