Метка драконов. Княжеский отбор

Хлоя знала своих мужчин: если найдут ее, а точнее сказать, когда найдут, то сделают нечто похуже смерти.

Убийства Цветочка ей не простят.

Темная расплылась в жесткой, болезненной улыбке, нашла взглядом нужного разносчика и, сжав кулаки, быстрым, но размеренным шагом направилась в его сторону.

Осталось немного. И все закончится.

***

Лорелея

Наслаждаясь близостью дракона, я искренне сожалела, что не могу вот так кружиться в танце сразу с тремя драконами. Не удержавшись, чуть подалась вперед, желая ощущать эти горячие, жесткие и одновременно нежные руки как можно дольше.

Очень наивно, конечно, но великие, как же желанно.

Но всему когда-нибудь настает конец, закончился и наш танец.

Поклонившись своему великолепному партнеру, так и не выпустившему мою ладошку из своей руки. Вадэмиан повел меня обратно к подруге.

— Знаешь, Цветочек, я бы многое отдал за то, чтобы узнать, о чем ты думаешь, — тихо произнес дракон.

Бросив на него быстрый взгляд, загадочно улыбнулась.

— Позвольте, лэрд, мои мысли останутся пока лишь моими.

Вадэмиан втянул носом воздух, изумрудные глаза вспыхнули неясной эмоцией. Мне показалось, что даже воздух сгустился, потяжелев. Дракон расплылся в хитрой улыбке, негромко повторил:

— Пока лишь твоими. Хорошо. Пусть будет так. Однако тебе от нас не сбежать, и в свое время мы возьмем от тебя все. Даже твои мысли, Лорелея.

Он подвел смущенную меня к притихшей при нашем появлении подруге и ее мужчинам, уважительно кивнувшим наследнику, и тихо шепнул:

— Даже твои мысли, малышка.

Сглотнув ком в пересохшем от волнения горле, прислонила прохладные ладони к горящим щекам.

«Великие, что это было?» — жалобно подумала, провожая шалым взглядом широкую спину, не в силах взглянуть на второго брата, стоявшего возле трона императора. На последнего я уж тем более не решилась взглянуть.

— Лея? — кашлянув, тихо позвала меня подруга.

— Да? — обернулась к ней и смутилась еще больше от смешливых фырков дракона и эльфа.

Подруга наградила своих мужчин укоризненным взглядом, отчего те, понимающе улыбнувшись, отвернулись, и вернула свое внимание мне:

— Ух, я так рада за тебя! Что тебе такого сказал его Светлость? Ты бы видела себя в зеркало! Глаза словно блюдца, на щеках румянец, улыбка до ушей.

— Даяла! — тихо застонала я, стыдливо повертев головой в надежде, что ее слова не были услышаны.