Любовь Дикого (СИ)

Вспоминаю, как сам сегодня общался с начальником службы безопасности. Бесполезные долбоебы никому не нужны. Для обычных задач людей у Воронцова хватает. Батуров — особый случай.

Это проверка. Воронцов хочет оценить меня в деле. Уровень серьезный. Куда похлеще, чем в “Яме” морды бить. Никаких ошибок тут быть не должно.

— Когда назначена сделка по комбинату? — спрашиваю.

— Послезавтра.

— В поездку возьму своего человека.

— Ваше право.

— Как равноправного бизнес-партнера.

— Разумеется.

— Решение такого вопроса потребует больше недели.

И сука, Воронцов это понимает.

— Не исключаю, — кивает гад. — Главное — результат. К сожалению, личных гарантий безопасности не смогу вам предоставить. Батуров не должен узнать, в чем секрет вашей осведомленности.

Даже не сомневаюсь.

Если не вывезу эту тему, там меня и грохнут. А Воронцов найдет другой способ порешать все с Батуровым. Он же всегда за кадром, руки не марает.

— Кстати, кого вы собираетесь взять? — интересуется вкрадчиво. — Не сомневаюсь, человек надежный.

Только этого уебка мне сейчас не хватает.

Чтобы еще левый тип под ногами, блять, путался.

Странно, что Воронцов его предлагает. Слить хочет? Одна шальная пуля — и все. У Батурова как раз такие методы. Он и в политику лезть не стал, уж слишком громко слава про него на всю страну раньше гремела. Такое не стереть.

Раптис под Воронцова копает.

Хотя тут вероятнее, что он просто его хочет ко мне приставить. Плотно. Вот и повод подвернулся.

Один хер принимать такие условия не собираюсь. Может в другой раз и стоило бы. Подозреваю, одной задачей не кончится. Мы только начинаем сотрудничество. Еще успею с Раптисом поработать.

А сейчас мне мой человек нужен. Тот, кто уже годами проверен. И за выгоду нож в спину не засадит.

— Со мной поедет Рамиль Каримов, — говорю.

— Вот как, — сухо замечает Воронцов.

И пожалуй, впервые за все время общения удается считать тень настоящих эмоций в его непроницаемых глазах.

Неодобрение. Неприязнь.

— А он свободен? — интересуется Воронцов.

И хоть его лицо снова становится абсолютно непроницаемым, в тоне сквозит то, что “свобода” Рамиля определенно недоработка его подчиненных.

Пиздец. Чем Каримов так ему дорогу перешел? Вот же сучара. Рамиль, блять, сучара. Нашел куда встрять.

— Освободится, — говорю.