Метель

Внутри зажигается азарт, готовый сорваться с места и доказать Маше, что она может испытывать ко мне намного больше. Теперь я намерен вывернуться, но найти подход к голубоглазой охотнице. Есть жених… Не стенка, подвинется.

– Аналогично, – отвечаю с опозданием.

– Что «аналогично»? – хлопает длинными ресницами, видимо, потеряв нить разговора.

– Ты раздражаешь меня не меньше.

– Ну вот, я была права: нам противопоказано находиться вместе, – обречённо опускает плечи.

– Просто есть люди, которые изначально несовместимы.

Вероятно, мы с тобой из этой категории. А может…

– Молчи, – шипит Маша и смотрит куда-то за меня.

Она близко, но сейчас прижимается вплотную, фокусируя взгляд не на мне. Блондинка ниже меня, поэтому её глаза находятся как раз на уровне моего плеча.

– Маш, что…

– Заткнись, – цедит сквозь зубы со стоном. – Не шевелись. Даже не дыши. Росомаха.

Меня окатывает ледяной волной. Страх усиливается, когда понимаю, что не вижу животное, находясь к нему спиной. Сейчас Маша – наши глаза.

Вспоминаю рассказы охотников о росомахе, и меня начинает потряхивать. Самый отчаянный и безрассудный зверь тайги. В поединке всегда идёт до конца и плевать, что соперник может быть в разы больше. Варианта только два: либо она, либо её. Вспоминаю рекомендации: на дерево не лезть – достанет; не бежать – догонит; не запугивать – нападёт. Никогда не встречался лично и не горел желанием.

– Ружьё, – шепчу и указываю взглядом на своё плечо.

– Я не то что выстрелить, даже вскинуть не успею, – шепчет Маша, едва шевеля губами.

 – Расстояние восемь метров – для неё три прыжка. Давай развернёмся. Я обойду тебя и получу возможность выстрела.

– Нет, – вцепившись в куртку девушки, прижимаю.

Мне и самому страшно, но в эту секунду за неё страшнее. Если зверь нападёт, то на меня, а Маша успеет убежать. За спиной раздаётся протяжное шипение, а следом рык.

– Агрессивная. Где-то поблизости детёныши. – Маша медленно ведёт головой, осматривая пространство. – Не вижу.

– Что делаем?

– Идём, – произносит Маша.

 – У неё слабое зрение. Для неё мы пятно чего-то неизвестного, поэтому рычит. Синхронно, по моей команде: я делаю шаг назад левой ногой, ты вперёд правой. Понял? – Киваю, чтобы лишний раз не говорить. – Шаг, – едва не путаю ноги, но двигаюсь верно. – Шаг. Шаг. Шаг. Уйди… – цедит Маша, и я понимаю, что слова обращены к животному. – Ещё шаг. Стой. – Не вижу, что происходит за моей спиной, отчего пульс лупит в виски, заглушая все звуки.