Метель

Ладно, не мне судить о предпочтениях других.

– Не вопрос, – поднимаю руки, смягчая Женю. – Хочешь так хочешь.

– А ты с бородой совсем другой. Видел бы тебя отец.

– Видел. Фото отправлял, да и каждый год отращиваю растительность перед приездом сюда, – поглаживаю бороду, которая, на моё счастье, всегда отрастает очень быстро, скрывая собой бизнесмена и делая своим в этих местах. – Здесь можно не думать о цвете галстука, марке часов и золотых запонках. И вообще, у меня отпуск.

– Нормальные люди зимой стремятся к теплу, солнцу, морю и категории «всё включено», а ты летишь на край страны в сугробы и мороз.

Тебе это не кажется странным?

– А тебе не кажется странной соболиная шуба до пола? – встречный вопрос, и Женя капитулирует, понимая, что его мнение мне неинтересно.

Молча садимся в такси, потому что Муреев не сел бы в старую Ниву даже при условии, что это был бы единственный транспорт в округе. Провожаю его в лучшую гостиницу в Магадане и прощаюсь до утра, сам уезжая к сестре.

Проведя месяц здесь, потом долго привыкаю к шуму и ритму города.

Мы часто путаем скорость с суетой. И вроде бежим, несёмся, пот струится по вискам, а толку нет. Пробуждение наступает лишь тогда, когда отпадает необходимость бежать и гнаться за несуществующими целями. Именно здесь осознание этого обдаёт особенно остро, показывая, сколько всего можно пропустить, сосредоточившись на цифрах, прибыли и контрактах.

И сейчас я даже благодарен Мурееву, который организовал вылазку в тайгу, потому что именно там чувствуется особая, почти осязаемая связь с природой.

Уже представляю, как дружная мужская компания проведёт время за разговорами и байками Серёги.

Удобно устроившись на кровати, возвращаюсь мыслями к Маше и сегодняшнему инциденту в клубе. До отъезда в аэропорт хотел зайти к Ильичу под предлогом беспокойства за его здоровье и заодно увидеть внучку, но в последний момент решил не провоцировать девушку, которая и так на взводе. Как правило наши встречи оканчиваются взаимными «комплиментами» и моими глупыми попытками наладить общение.

Возможно, Маша права: нам противопоказано находиться рядом.

К десяти утра следующего дня заезжаю в гостиницу за Женей. Муреев и здесь значительно выделяется, когда появляется в дорогом горнолыжном костюме, который, по всей вероятность, приобрёл специально для охоты. Даже боюсь представить стоимость того, чем набит его рюкзак.

– Ты попроще не мог одеться? – бросаю вопрос, выезжая на трассу, которой ведёт к вертолётной стоянке.

– Это и есть попроще.