Метатель. Книга 9

— Но работает же.

Миха, заметив наше удивление, усмехнулся.

— Уже отвыкли? — спросил он, доставая карандаш. — У нас тут электричества нет, интерфейсом даже не пользуются — боятся. От каждого сообщения Системы шарахаются. Так что вот, по старинке.

Он развернул карту, указав на точку, где мы находились — коттеджный посёлок, обозначенный как пригородная зона. Затем провёл карандашом к другой точке, обведённой жирным кружком.

— Это бункер, — сказал он. — Там был институт до Системы. Слухи говорят, там хранится что-то ценное.

Он начал рисовать маршрут, избегая центра города. Линия виляла через пригороды, огибала разрушенные районы и выходила к объездной дороге, которая вела к бункеру с севера.

— Центр — это смерть, — объяснил Миха, его голос был твёрдым. — Зомбаки там стаями, мародёры часто шныряют, да и Система любит подкидывать ловушки. Идите по объездной. Там тоже не курорт, но шансов больше.

Я кивнул, запоминая маршрут.

— А что за ловушки? — спросила она, прищурившись. — Зомбаки — ерунда, а вот сюрпризы Системы — это уже интересно.

Миха пожал плечами, его взгляд стал мрачнее.

— Разное, — ответил он. — Ямы с шипами, которые появляются из ниоткуда. Стены, что двигаются. Иногда мобы, которые сильнее обычных зомбаков. Один парень говорил, что видел, как земля разверзлась, и оттуда полезли твари с глазами, как фонари.

— Звучит не весело, — хмыкнула Кира, её глаза сверкнули. — Но не переживай, мы разберёмся.

Я свернул карту, засунув её в карман — интерфейс интерфейсом, но бумага внушала странное чувство надёжности и толику ностальгии из прошлого.

— Спасибо, Миха, — сказал я, хлопнув его по плечу. — Если найдём что-то полезное, дадим знать.

— Если найдёте, — буркнул он, выделив слово «если».

"Мы с Кирой вышли из столовой, направляясь к воротам. Посёлок гудел: люди чинили баррикады, кто-то таскал воду, дети бегали, помогая взрослым. Охранники на крышах провожали нас взглядами, но не вмешивались. Я призвал Небокрыла за пределами посёлка, и огромная птица появилась с низким гулом, её перья переливались в утреннем свете. Мы забрались на её спину, и я бросил последний взгляд на посёлок.