Место нашей любви

Джо вздрогнул, когда из кабинета, который обычно занимал Викрам, когда прилетал на планету, раздался рёв раненого зверя. Добежав до запертой двери, нажал на индикатор, но он не среагировал."

"— Вик! Вик! Что у тебя там?! Открой! — встревоженно вскричал.

— Уйди! — взревел друг с той стороны. — Уйди!

— Вик, что происходит? — не отставал Джо.

— Не смей входить! — взревел Вик так, что Джо отшатнулся от дверей.

А по ту сторону двери Вик вцепился руками в стол, не чувствуя, как он крошится под пальцами. Он следил за своей фавориткой и мечтал свернуть ей шею.

Она посмела надеть бельё, которое он приобрёл, надеясь в ближайшее время сорвать его с неё. А она посмела использовать его для соблазнения нонарца. И этот озабоченный смотрел на неё. Какими глазами он на неё смотрел!

Челюсти свело от бешенства. Так хотелось выдавить пальцами эти глаза, чтобы почувствовать, как вытекают они из глазниц. Ещё и этот её сокурсник тянул к ней свои руки. Вик давно следил за этим парнем, и знал, что тот имел виды на Линду. Но она вильнула бедром и ушла к себе.

Ущербный ещё поплатится, Вик переломает ему пальцы загребущие.

Стол хрустнул, и манаукец удивлённо стал рассматривать куски столешницы в своих руках. Бросив их на пол, отряхнул ладони и устало сел в кресло.

Линда вошла к себе в комнату, и Вик смог сконцентрироваться, давя в себе раздражение. Она упал на кровать, раскинув руки, волосы красивым ореолом рассыпались полукругом. Камера была установлена не в углу, а около плафона потолочной лампы. Поэтому Вик смотрел на Линду сверху, словно сам нависал над ней.

Откровенное платье распахнулось, оголяя бёдра девушки.

— Ещё и чулки надела! — взревел Вик.

Кровь ударила в голову, но тут же схлынула вниз, когда Линда, скрестив ноги, согнула их в коленях и раздвинула. Тело манаукца тут же проснулось от столь заманчивой картины. В штанах стало неожиданно тесно и горячо.

Красные глаза неотрывно следили за плавными движениями ладоней, ласкающих внутренние стороны бёдер. Бросив беглый взгляд на дверь, Вик откинулся на спинку кресла и позволил себе немного скинуть напряжение.

Совсем чуть-чуть и быстро. Никто и не заметит. Ослабив ремень, расстегнул брюки. Большая ладонь нырнула под резинку нижнего белья, обхватывая подрагивающий, требующий ласки мужской орган. Рука напрягалась, скользя. Ладони девушки тоже жили своей жизнью. Тишину кабинета нарушал девичий стон из динамиков, которому вторил тихий мужской.

Линда вырисовывала круги вокруг пупка, поднимаясь все выше и выше.