Место нашей любви

Вот это дрессировка! Мне ещё учиться и учиться до её уровня. Фрукты быстро закончились. Отставив вазу, поправила подушки, и села досматривать учебное пособие для землянок по покорению инопланетных красавчиков.

Дверь неожиданно открылась и в каюту вошёл Викрам. Тёплая улыбка, которую он мне подарил, медленно сползла с его лица, когда увидел тарелки.

— Линда, ты что, всё это съела?

— Ой, я думала это только для меня было, — прошептала я, прижимая руки к груди, и сжимая ткань футболки.

— Для тебя. Но я не ожидал, что ты столько ешь, — потрясение на его лице было такое искреннее и детское.

— Линда? — позвал Вик.

А я не могла остановиться, схватилась за живот, тихо всхлипывая.

— Линда, где болит? Врача?"

"— О, да. Врач потребуется, травматолог, для одного модифицированного, — отсмеявшись, предостерегающе прошептала. — Ты почему сбегаешь от меня каждый раз, стоит мне глаза сомкнуть? Стыдно, что ли, становится? Так вроде всё отлично у нас?

— Мне по делам надо было сходить, — спокойным голосом ответил Викрам, убирая тарелки, и освобождая для себя место на кровати.

— Ты точно всё это не ела? Может тебе стоит промыть желудок?

— Вик, унитаз промой. И на будущее, сердечко — это очень мило, но я не пью кофе. Всё, что угодно, только не кофе.

— Хорошо, я запомню, — отозвался Викрам и забрался на кровать. — Линда, нам скоро улетать. Но одежды нормальной сюда не доставят. Поэтому, будь хорошей девочкой и послушайся меня. Я нашёл из всего того безобразия, что находилось у тебя в чемодане, самое скромное платье, но прошу, без меня не выходи из каюты, пожалей мужиков.

Какая трогательная речь, прям прониклась.

— А где же это самое скромное? — ехидно спросила.

Вик просунул руку под китель к внутреннему карману и достал блестящую чёрную ткань, в которой я с трудом опознала своё новое платье. Потом на свет появился комплект белья к нему.

— А туфли?

— Как проверят, так и принесут, — отозвался Вик, явно нервничая.

Я скептически осмотрела платье и хотела пойти переодеться, но манаукец порывисто обнял, отобрал вещи и кинул их на пол.

— Я люблю тебя, — прошептал мне в макушку, зарываясь носом в мои волосы.

— Что-то произошло? — осторожно спросила, чувствуя, как от моих слов напряглись его руки.

— Я не знаю, что придумать, если они не подпишут, — обречённо признался мужчина. — Украду, наверное. Вот и всё.

Испугалась, понимая, что это подсудное дело — воровство.